Клан бешеных

Кинделия-старший со всем своим кавказским темпераментом кричал на жену:

– Женщина! Ты будешь слушаться меня или будешь гнуть свою кривую линию?!.

Он добавил несколько нецензурных слов.

– Блин! Как все это надоело! – вскричала длинноногая красавица и нервно вскочила с дивана.

А она тоже не забитая тихоня, подумала я.

– Что, что тебе надоело, а? – еще громче закричал Кинделия. – Что кормлю тебя, что шмотки тебе покупаю, это надоело, да?

– Господи, да не ори ты!

– Что?! Как ты с мужем разговариваешь, женщина? Я тебе брюлики покупаю, я тебе шубки-юбки, я…

– Да ты ведь не просто так мне все это покупаешь! Как синяк мне под глазом поставишь, так на другой день и покупаешь! Надо же как-то со мной мириться. Что вылупился, что, не так, скажешь?

– Ты дура! Ты знаешь кто? Ты – тварь! Тебе не синяк под глазом надо ставить, тебе морду надо набить! – Кинделия отхлебнул пива и снова гаркнул на жену: – Хлеба принеси, идиотка! Знаешь ведь, что я рыбу с ржаным хлебом ем!

– Не ори! – закричала на Кинделию супруга. – Ща принесу…

Она вышла из комнаты.

– Сама не ори, дура!.. И колбасы захвати! Муж голодный с работы пришел, а она здесь выделывается… Сука! Курилка чертова… Мало мне на работе всякие уроды нервы мотают, так еще и эта зараза…

Иосиф Виссарионович продолжал ворчать, хотя жены уже и след простыл. Да, теплые отношения в этой семейке, ничего не скажешь! Похоже, они вообще только так и разговаривают друг с другом – на повышенных, мягко говоря, тонах. Или они оба – глухие?

В этот момент Илона принесла супругу нарезанные колбасу и хлеб на тарелке и шмякнула все это на сервировочный столик.

– Чего швыряешься? – взревел Кинделия. – Собаке даешь, да? Где уважение к мужу?!

Я почувствовала, что дело сейчас может зайти достаточно далеко, и на всякий случай включила камеру. И, как оказалось, вовремя! Через пару минут выяснения отношений Иосиф Виссарионович перешел от словесных баталий к физическим. Он подскочил к спорящей с ним Илоне и схватил ее за волосы.

– Тварь, тварь!

Супруга завизжала и обматерила мужа. Да, не робкого десятка девушка.

– Что ты сказала, сука?! – взревел оскорбленный в лучших чувствах муж и дал ей звонкую пощечину.

Илона закричала, но продолжила оскорблять супруга, за что получила еще пару хороших пощечин. Однако ей удалось вырваться и отбежать к стене. Я увидела в ее руках неизвестно откуда появившийся бюст Сталина. Она замахнулась им на мужа.

– Что? – закричал разъяренный Кинделия. – Ты на меня?.. Моим тезкой?!. Ты на что посягнула, тварь?! Сталин – это святое! Ты меня – Сталиным?! Да я за такое… Убью!"

"Эта схватка продолжалась несколько минут.