Клеймо Сэкеттов

Я оставил ее сидеть в фургоне у вершины горы Бакхед и поехал искать спуск к Тонто-Бэйсин. Когда я стоял нна краю утеса над рекой и мино любовался открывшимся пейзажем, кто-то выстрелил в меня. Я полетел вниз, сметая на своем пути камни, траву и кусты. Вот шрам на голове — он еще совсем свежий. Когда наконец я вернулся на стоянку, то там уже ничего не было… даже следов.

Так, лежа с сигарой во рту, я говорил, как никогда не говорил прежде. Я рассказал им о том, как нашел фургон, мулов, а потом и Энджи, как горел костер из моего имущества и как кострище испарилось, когда я снова вернулся туда. Мне было очень больно вспоминать об Энджи, но я все равно говорил о ней."

"— Тот человек, который подбил вас, ребята, охотиться за мной, убил мою жену. И на своем лице он носит ее отметины. Я видел у нее под ногтями засохшую кровь и кусочки кожи. Сейчас этот «кто-то» потерял голову от страха. Ему нужно; чтобы я умер, иначе люди узнают о его подлости. Думаю, — прибавил я, — он не рассчитывал, что нам придется побеседовать. Ставлю пять против одного, что вам приказали застрелить меня сразу, как только увидите.

Тут я решил искусить судьбу. Пыл их, конечно, сбил, но… Сделав вид, что доверяю им, я поднялся, надел шляпу, а потом потянулся к кобуре.

— Оставь это! — прикрикнул первый ковбой, но я даже не удостоил его вниманием.

— Валяй, — сказал я. — Выстрел в безоружного человека — это достойно члена шайки, убившей женщину.

Он побледнел от ярости, но, как я и предполагал, парни оказались людьми порядочными. Мне доводилось пасти коров со многими такими ребятами — по-своему добрыми, работящими, готовыми прийти на помощь при виде несправедливости и броситься в драку за правое дело. Они не выстрелили. Я застегнул ремень и встал перед ними вооруженный, готовый стоять до конца, что бы ни произошло.

Как бы то ни было, но я достал свою удачу из дальнего угла, куда она забилась. Отступать я не собирался.

— Вас обманули, ребята, и вы бросились за мной в погоню. Я не виню вас. Теперь вы знаете правду, и если вы все же будете продолжать преследовать меня, то я начну преследовать вас.

Теперь они не слушали меня. Один из них посмотрел мне в глаза:

— То, что ты рассказал о своей жене, — правда?

— Я похоронил ее и поставил над могилой крест с надписью. Кое-что от фургона тоже можно отыскать. Я могу свести вас с людьми в Глоубе и других поселках, расположенных восточнее, где нас видели и знали, что мы отправились на Запад.

— Вы были в Глоубе?

— Мы с женой провели там двое суток как раз три недели назад — субботу и воскресенье.

Они переглянулись, и я заметил, что для них мой рассказ что-то означал, но я не мог сказать с полной уверенностью, что же именно. Молодой ковбой опустил винтовку, достал из кармана рубашки бумагу и табак и начал свертывать самокрутку.