Ключи Марии

Церковники, которые присутствовали при этом в княжеской палате, в один голос заявили, что ангелы появились именно благодаря их искренним молитвам, а Дева только делала вид, что призывает небесные силы. И кто знает, к чему она призывала. Может, как раз наоборот – хотела остановить ангелов? Они также утверждали, что это были дьявольские заклинания и что эта девушка – ведьма. Князь спросил ее, на каком языке она тогда говорила. Она ответила, что не помнит, что это были слова, которые сами слетали с ее уст. Мне показалось, что она умышленно копала себе могилу.

Ваше Святейшество, увидев, что все идет к страшному несчастью, я стал убеждать их, что сам видел и слышал, как все происходило, и что ангелы явились на ее зов.

Потому что священники и монахи молились длительное время без каких-либо последствий, а Дева только подняла руки к небесам и закричала, небо сразу начало светлеть. Здесь на меня набросились все церковники, кричали, что я лгу, и требуя ее сжечь, как ведьму. Видя, что князь тоже склоняется к мысли, что видит перед собой ведьму, я бросился к нему и в отчаянии сказал ему, что эта Дева беременна и нельзя казнить женщину, которая ждет ребенка. Опять поднялся шум и обвинения меня во лжи. Князь спросил, откуда мне это известно. Я указал на ее грудь: “Посмотрите – на ее груди проступают мокрые пятна. У нее сочится молоко”."

"Тогда церковники устроили еще больший шум, убеждая, что это все дьявольские уловки, что ведьма может не только по желанию сочиться молоком, но и кровью. Словом, ее повели на детинец и очень быстро снарядили костер. Все время, пока вкапывали столб и составляли солому, хворост и дрова, она спокойно наблюдала за этим и не произнесла ни единого слова.

Ее привязали к столбу и зажгли солому. И тут она, закутанная дымом, подняла голову и снова закричала на том же непонятном языке в небеса, а небеса стали наливаться светом и золотом. Дым заволок ее такой густой, что она совсем исчезла с глаз, а с небес хлынул золотой свет просто на тот столб. Через мгновение свет погас, дым рассеялся, казнимая Дева горела синим пламенем. Однако запаха горелого мяса не было. Когда дым рассеялся, Дева исчезла, а со столба свисали истлевшие остатки ее платья. И тогда уже ни у кого из присутствующих не было более сомнения, что она и была ведьмой».

Закончив читать, Курилас нервно закурил, страшный конец Ольгерда и Марии огорчил его.

– Как все трагически завершилось, – вздохнул он.

– Да, – согласился полковник. – Мне тоже было их жалко. И непонятно, почему Мария отрицала, что призвала ангелов.

– Возможно, не хотела выдавать, кем является на самом деле? Ей пришлось бы тогда объяснить, каким образом она контактирует с ангелами. На каком языке она с ними говорила.