Ключи Марии

Провел рукой под матрацем, а там дерево, деревянный щит, лежанка. А сразу под ней пол. Не ровный, земляной или каменный.

Олег присел на невидимой лежанке. Провел рукой по сторонам. За спиной наткнулся на стенку. Тоже не ровную, влажную, каменную. Прощупал ее пальцами, пытаясь понять, что это за кладка – кирпичи или просто камни. Но пальцы не нащупали стыков. Стена на ощупь напоминала бок скалы.

Олег вспомнил о телефоне, вытащил из кармана, несколько раз нажал на боковую кнопку, которая обычно оживляла экран. Телефон не проснулся.

Вспомнилось, как умирала батарея вчерашним вечером, когда он продирался через кустарники и оливковые рощицы к дороге. Но как он попал сюда? Это ведь явно чье-то жилище? Чей-то подвал или погреб!

– Sorry! – крикнул и удивился, как удивительно тихо прозвучал его голос.

Посидев еще минут пять, осторожно поднялся на ноги. Опять дотронулся до стены за лежанкой. Прошелся вдоль, не теряя с ней тактильный контакт. Уперся в угол. Протянул вперед и правую руку, желая ощутить реальное присутствия угла в этом помещении.

Правая рука наткнулась на сухое дерево. Провел пальцами вниз по дереву. Вроде, дверь. Закрытая дверь. Стукнул. Потом еще раз. Дерево оказалось толстым, оно глушило звук стука.

– Эй! – закричал Бисмарк. – Кто-нибудь есть? Sorry!!!!

Никакого эха. Стук, крик, все мгновенно тонуло в темноте, превращалось в тишину, которая будто бы сразу засасывала звуки в свою каменную воронку в момент их рождения.

Олег вернулся по стенке к матрацу. Присел."

"Вспомнился визг тормозов, противный, резкий. Вспомнилось, что после того, как он вышел из снек-бара прямо на проезжую часть улицы-дороги, он так по ней и пошел, по дороге, в сторону Ормоса.

Он знал, в какой стороне Ормос. Он же приехал оттуда. Успел пройти совсем немного, может, шагов тридцать, когда сзади завизжали тормоза. Он даже оглянуться не успел, как машина, которую несло на бровку, задела его бампером и он отлетел под забор с другой стороны дороги. Он уже поднимался на ноги, целый, не чувствующий никакой боли, оглядываясь на остановившуюся машину, из которой, как в замедленной съемке, медленно выскакивал коренастый грек с разъяренным лицом. Он явно желал Олегу зла. Он спешил к нему, сжав кулаки. И у Олега внезапно появились силы, достаточные для того, чтобы бежать. И он понесся дальше по обочине дороги, а потом свернул в первый попавшийся проход вниз, в сторону моря. Ему казалось, что грек-водитель все еще гонится за ним. Он опять свернул куда-то направо, потом налево и вниз, потом стал продираться через кусты – ноги потеряли дорогу.