Ключи Марии

 – Наверное, это можно проверить! Чтобы точно знать!

– А ты знаешь, как сейчас тысячи умных людей выживают? Очень просто! Бабушка-дедушка умерли, они их тайно захоронили без справки о смерти и венков с надгробиями! И продолжают получать их пенсии! – Адик сделал паузу, следя за выражением лица младшего товарища. – Поэтому и стало так много долгожителей в стране с плохой экологией и безнадежной медициной! Поэтому твоему старичку и исполнилось сто восемь лет! Поэтому его и нет дома, а письма все идут и идут! Он в Греции! Он в той Греции! – Адик ткнул пальцем в небо за окном кухни.

– Но дочка-то его жива, – пошел на попятную Бисмарк. – Может, ты хочешь с ней встретиться и поговорить? Она, правда, по словам внучки, всех матом посылает!

– Значит и меня пошлет! – быстро ответил Адик. – Я не харизматичный! Меня и без повода посылают. Просто так!

– Сочувствую, – усмехнулся Бисмарк.

– Не надо! Это жить не мешает! Лучше скажи, ты там кроме писем что-нибудь нашел?

– Всё под замком в кабинете, а ключ от замка у той самой бабушки, которая всех матом посылает! Кстати, к ним уже приходили и просили архивы и дневники.

Бабушка всех послала!

– А ты с кем говорил?

– С правнучкой.

– А если через нее? Если ей айфон пообещать?

– А за какие бабки я ей айфон куплю? – возмутился Олег.

– Я не сказал купить, я сказал пообещать! – Адик подчеркнул свою мысль поднятым вверх указательным пальцем. – Ладно! Подумай о правнучке, а что там с другими адресами? Когда по ним пойдешь?

– Могу завтра! После работы.

– А ты что, сегодня на работу ходил? – удивился Адик.

Бисмарк отрицательно мотнул головой.

– Надо увольняться, – выражение лица Адика стало серьезным.

 – Там нам больше делать нечего.

– Ты тоже будешь увольняться? – спросил Олег.

– Я уже уволился. Мне ж только их корочка была нужна. А делать там все равно нечего! Тем более, за пять тысяч гривен в месяц!

Бисмарк тем временем достал список с фамилиями и адресами археологов, решив выбрать самый близкий к своему дому адрес для завтрашнего похода. На Липской он уже побывал. Теперь оставались Межигорская, Оболонская набережная и бульвар Перова. «Что ж они так вразброс поселились!» – думал Бисмарк, перепрыгивая взглядом со строчки на строчку.

 – «Нет, чтобы жить в одном доме для всех археологов?! Ведь писатели в то время жили в домах писателей, композиторы и ученые в домах для композиторов и ученых! А археологов во как разбросало по Киеву!»

Он покачал головой вослед своим мыслям. И вдруг что-то его словно укололо! Он еще раз внимательно перечитал список, не обращая внимания на Адика, решившего проверить на смартфоне почту. «Клейнод Виталий Петрович» – третий в списке археолог, проживавший когда-то на Межигорской, привлек внимание Бисмарка.