Клубничное искушение для майора Зубова

— Не закрою, бля! Не закрою! — подхожу ближе, упираю кулаки в столешницу, — она — моя жена, понятно? И она ни в чем не виновата! Какой шпионаж? Она там без году неделя!

— На, ознакомься, — Савин кидает мне документы, которые только что изучал, — и грабли свои с моего стола убери.

Я хватаю бумагу, пробегаю по строчкам.

— И что это доказывает? Только то, что данные перекинуты с ее ноута! Кто угодно…

— Сегодня днем, когда она находилась за ноутбуком. Есть точные цифры, Зубов. Удачно я еще одного сотрудника ввел в работу. Он явно компетентнее тебя. Сразу обнаружил источник…

— Это он? Да? Этот мелкий твареныш?

— Зубов, держи себя в руках. Сядь. Сейчас подойдет Воротов, и появятся данные с допроса Кудрявцевой.

— Ее допрашивают?

У меня все в душе переворачивается от одной мысли, как себя чувствует Клубничка сейчас. Одна, на допросе…

— Опрашивают. Обвинения пока не предъявлены, она не арестована. Ты мне лучше поясни, каким образом у тебя неожиданно дочь появилась от Кудрявцевой? И почему мне не доложил, что вы давно знакомы? Ты понимаешь, что всю операцию под удар поставил?

— Это моя личная жизнь, комментировать не собираюсь.

— Нет у тебя личной жизни, Зубов! — неожиданно начинает орать Савин, и я понимаю, что все это время он держался буквально на грани, — нет ее! Ни у тебя, ни у меня, ни у кого, бля! Ты своей личной жизнью сейчас так напортачил, что радуйся, если просто в зону загремишь! Это — не шпионаж даже, это — полноценные диверсионные действия!

— Ты охерел, генерал? — крик Савина, как ни странно, приводит меня в чувство, заставляет мыслить здраво, — какая диверсия? Я сам до недавнего времени про дочь не знал. Клуб… Катя не сказала ничего… И наше с ней пересечение в Центре — случайность.

— Это ты так думаешь, дурак, — Савин успокаивается так же быстро, как и до этого заводится, — глаза выпучил, наверно, как увидел ее, и забыл про все на свете. Думаешь, ты первый, кто в медовую ловушку попадает? Так они нас и ловят, сучки, на ноги раздвинутые…

— Это не про нее, — хмуро отвечаю, отбрасывая документы и хлопая себя по карманам в поисках сигарет.

Савин молча кидает мне через стол пачку.

Я достаю, подкуриваю, потом, спохватившись, смотрю на генерала.

— Да кури, чего уж там, — машет он и падает в кресло, — мне тоже дай.

Кидаю обратно пачку, встаю, чтоб дать прикурить.

Полминуты сидим и молча дымим, успокаиваемся.

— Ты, Зубов, совершенно неподходящий для разведки сотрудник, — говорит Савин, задумчиво разглядывая клубы дыма над собой, — у разведчика задание должно всегда быть на первом месте. Чему вас в ваших гребанных академиях теперь учат только…

— Неподходящий, отправляйте в отставку, — бурчу я, — только женщину мою освободите, не при чем она.