Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Честно говоря, не думала встретить на этом корыте кого-то равного по положению.

— Графиня, — снова вздохнул Володя, — корабль, конечно, не очень велик, но называть его корытом всё же не стоит. Не забывайте, что вы находитесь на нём. Тем более не стоит так говорить при капитане хотя бы из вежливости. Вам ведь тоже не понравилось бы, если бы гости стали плохо отзываться о вашем доме.

Дама вспыхнула.

— Я буду говорить то, что думаю! Я графиня…

— Это, на мой взгляд, только лишняя причина быть вежливым с тем, кто не может ответить на грубость. Извините за резкость, графиня.

 — Володя чуть склонил голову, ожидая реакции. И она не заставила себя ждать — похоже Лорниэль не привыкла к такому к себе отношению.

— Интересно, где вас обучали так обращаться к женщинам, князь, — презрительно бросила она.

— В военной школе, графиня. Прошу прощения за свою непочтительность.

— Оно и видно. — Видя, что собеседник совершенно не настроен продолжать спор, графиня попыталась расшевелить Володю, но ей быстро надоело слушать в ответ на презрительные реплики вежливые, совершенно равнодушные извинения. Все её завуалированные оскорбления и намёки как от крепостной стены отскакивали.

Этот странный князь словно не замечал, что его оскорбляют или пытаются унизить, а его вдруг проснувшаяся запредельная вежливость выставляла графиню совсем уж какой-то невоспитанной провинциалкой. Почувствовав, что проигрывает, дама сердито хлопнула себя по боку.

— Надеюсь, мы ещё не раз встретимся за время плавания, князь.

— Я тоже надеюсь, графиня, — так же вежливо и также фальшиво ответил Володя.

Дама резко развернулась и направилась в сторону каюты.

— Генриетта, за мной!

Дочь чуть приподняла голову и одарила Аливию презрительным взглядом, сверху вниз осмотрела её походный наряд, потом с видом светской дамы чуть приподняла подол роскошного платья и проследовала за матерью.

Аливия покраснела, глянула на себя, вздохнула и отвернулась. Володя нахмурился, потом решил, что всё равно ничего сделать пока не сможет, и вернулся к прерванному занятию.

— Уже сможете сделать предсказание? — вежливо спросил подошедший Филипп, наблюдая за синьором, который с задумчивым видом почёсывал карандашом за ухом. После вчерашнего урока анализа он проникся необычайным уважением к занятию милорда.

— Предсказание? — удивился он. — Это не предсказания, Филипп, а всего лишь анализ. Многое понять невозможно — не хватает данных.

— В трюме как раз купец один есть, можно его допросить.

— Э… допросить?

Но прежде, чем Володя успел что-то сказать, Филипп сорвался с места и скрылся в трюме. Мальчик растерянно моргнул, а через мгновение Филипп вернулся, таща чуть ли не за шкирку перепуганного купца. Подтащив его к Володе, он его хорошенько встряхнул.