Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Но если бы ты знал, как она похожа характером на мою сестру…

Плавание шло своим чередом, и к обеду Аливия уже забыла про обиду и «несправедливое» наказание, снова крутясь на палубе, но на этот раз воздерживаясь от лазанья куда не просят.

Появился Джером с гитарой. Володя удивлённо глянул на него, но гитару взял, потом понял, что действительно хочет сыграть. Похоже, Джером начинает узнавать его. Аливия, заметив Володю с гитарой, тут же очутилась рядом. Мальчик сделал несколько пробных переборов, а потом запел одну из песен Высоцкого, которые они переводили совместно со Сторном.

Матросы, свободные от вахты, собрались неподалёку — тоже слушали. Даже капитан придвинулся ближе.

Володе уже начало казаться, что всё пройдёт без приключений, но к вечеру неожиданно посвежело, а капитан всё чаще и всё с большей тревогой стал поглядывать на горизонт. Ночью его разбудила усиливающаяся качка. Володя открыл глаза и долго вслушивался в звуки моря, потом осторожно поднялся, чтобы не разбудить остальных, и вышел на палубу, где его едва не сбил резкий порыв ветра. Держась за поручни, он поднялся на мостик.

— Насколько это всё плохо, капитан?

Капитан обернулся.

— Милорд, вам лучше спуститься вниз. Тут опасно.

— Опасней, чем в трюме? Так насколько всё плохо?

— Если к утру останемся на плаву, тогда всё будет хорошо. Надо только отойти подальше от берега. Боюсь, что здесь нас может разбить о камни.

Володя кивнул и вернулся обратно.

— Что там, милорд? — поинтересовался Джером.

— Буря, похоже. Сиди, всё равно сделать ничего не сможем.

— Вот потому и не люблю море, — буркнул слуга. — Здесь всё так зависит от стихии…

Качка усилилась, и к утру удерживаться на ногах стало практически невозможно, но к обеду волнение немного углеглось.

— Вроде бы пронесло, — вздохнул с облегчением Филипп.

Измученные качкой люди потянулись наверх. Володя с остальными поднялись тоже, но собравшаяся толпа настолько явно мешала действиям экипажа, что мальчик не стал далеко уходить, подозревая, что вскоре всех всё равно погонят вниз, удержал и остальных.

Как он предполагал, так и произошло. Капитан, раздражённый праздным шатанием по палубе мешающей работать публики, рявкнул на них. Потом очень вежливо попросил удалиться госпожу Лорниэль.

Вместо утра в Тортон корабль прибыл почти на закате… Сойдя с трапа, Володя недовольно огляделся: темно и прохладно. И непонятно, что делать.

— Джером, знаешь место, где здесь можно остановиться на ночь?

— Нет, милорд, я в Тортоне ни разу не был.

— А ты Филипп?

— Я тоже тут не бывал.

И что? Идти в первый попавшийся трактир? Володя видел заведения подобного рода в Рогуре и останавливаться в таких совершенно не хотелось. Но и оставаться на улице не дело.