Князь Вольдемар Старинов. Дилогия
Судьба Володи Старинова, смертельно больного мальчишки, родных которого убили бандиты, совершила крутой поворот. Он понадобился российским спецслужбам, которые не пожалели для него ни дорогих лекарств, ни новейших методик боевой подготовки, ни сверхсекретной технологии перехода между мирами. И вот он уже не беспризорник Володя, а — князь Вольдемар, и спасение портового города Тортона в далёком королевстве Локхер зависит только от него…
— Сам герцог уже знает о моём назначении, но не очень этому испугался, пообещав, — Володя заглянул в письмо, — приволочь этого сопляка, привязанного к хвосту осла в свой замок, где прилюдно всыпет десяток ударов хлыстом, после чего изваляет в смоле и перьях, привяжет к тому же ослу и отправит в таком виде на прогулку по герцогству, короновав предварительно помойным ведром… Как я понимаю по буйной фантазии герцога это должно означать герцогскую корону. Но ладно, не будем уподобляться этому мечтателю и о судьбе герцога подумаем когда он будет у нас в руках. Не стоит хвалиться заранее на рать идучи.
— И как мы будем теперь действовать? — поинтересовался Конрон, когда отсмеялся.
Володя подозвал одного из солдат и заставил его держать карту. Потом ткнул приготовленной указкой.
— Как я и предполагал, герцог был осведомлён о дне нашего выхода, только не учёл скорости. Потому по его расчётам мы ещё неделю должны топать до границы. За это время он решил навести порядок вот тут, чтобы иметь твёрдый тыл, когда мы подойдём.
— Сам решил? — недоверчиво поинтересовался Конрон.
— Я отправил некоторые сообщения оставшимся верным королю дворянам, — не стал спорить Володя.
— Но их раздавят без нас, — заметил граф, до этого молча слушавший слова князя.
— Потому мы и шли так быстро, чтобы не успели раздавить.
— Даже если мы пойдём с прежней скоростью — всё равно не успеем."
"— А мы и не пойдём туда, граф. — Володя махнул солдату. Тот послушно положил карту на стол и вышел из комнаты. — Пока конечная наша цель пусть остаётся тайной… — Володя обвёл взглядом комнату.
Уже привыкшие к манере князя вести совещания, все приготовились слушать, чтобы потом выдвинуть предложения как лучше организовать детали, для лучшего воплощения основного замысла.

















