Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Сейчас ждём следующую колонну, а потом атакуем замок, пока враги не ждут. Они ведь уверены, что мы прибыли без обозов и только с конницей, без штурмовых лестниц, фашин. Так что в ближайшее время атаки они не ожидают и очень надеются на помощь герцога. Гонца, скорее всего уже послали. Скакать ему до герцога где-то… если будет ехать без отдыха… ну за сутки доберётся. Потом герцог уяснит опасность, начнёт собирать армию… ещё сутки или двое. Поскольку он будет уверен, что замок быстро нам не взять — торопиться он вряд ли будет и подготовится основательно, так что скорее всего готовиться он будет не двое суток, а больше, но будем исходить из худшего для нас — двое суток.

Потом ещё, если он форсирует марш, трое суток пути и сутки на отдых… Значит неделя у нас есть. За эту неделю мы должны захватить герцогский замок и подготовить встречу мятежнику. Граф, вы со мной спорили тогда и говорили, что надо захватывать крепости на границе… Мы бы до конца времён возились бы. Нет, нужен один удар, но в самое сердце.

— Если мы проиграем, то отступать нам будет некуда."

"— Значит, не должны проиграть.

Сколько мы уже на земле герцогства? Двое суток? У нас восемь дней, в течении которых всё решится. За это время всё должно стать ясно.

— Откуда такая уверенность, милорд?

— Просто мы разыграли ещё не все козыри. А сейчас всем по отрядам. Во-первых, подготовить лагерь к приёму остальных колонн, во-вторых, работы по вязке фашин не должны прекращаться. Солдатам отдыхать — скоро штурм. Джером, у тебя ведь есть связь с Крейном?

— Да. Тут есть типа лазутчики герцога. Через них и договорились держать связь.

— Отлично.

Сообщи Крейну, что штурм через два дня, пусть будет готов. Заодно подумаем какой информацией снабдить командира гарнизона. Да, и пусть как-то выделит своих людей, что бы их ненароком при штурме не побили.

— Хорошо, милорд, но через два дня…

— Будем штурмовать с теми, кто подойдёт. Всё. Всем по местам.

Когда Володя остался в выделенной ему избе один, он устало плюхнулся на скамью, упёр локти в стол и обхватил голову руками. Играть командира оказалось легче, чем им быть. Уроки актёрского мастерства въелись в подкорку и с каждым днём Володя всё сильнее и сильнее влезал в шкуру князя и герцога, но внутри ещё оставался прежний Володька Старинов, бывший сын папы-бизнесмена-бандита, бывший беспризорник, не состоявшийся приёмный сын Александра Петровича.

Жизнь на улице, а потом тренировки на Базе давно уже приучили Володю отвечать за свои слова и поступки. Потому он не жаловался и не пытался, что называется поплакаться у кого-нибудь в жилетку, но порой эта ответственность настолько тяготила, что хотелось выть.