Книга 3. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны

Если бы Николай Тихонов, написавший эти строки во время гражданской войны, мог участвовать в ракетных пусках, он всех нас должен был причислить к цеху поэзии.

Фиолетовые краски неба были прорезаны четким огневым факелом. Оставляя белый след инверсии, очередная «девятка» ушла на Камчатку. Через час пришло донесение, что головная часть достигла цели с отклонением всего в пятьсот метров. Если бы у этой «девятки» вместо макета боевой части была штатная нагрузка в две мегатонны, вряд ли удалось бы заметить такое отклонение."

"Всего через сутки произошло еще одно событие на боевом старте очередной янгелевской ракеты.

При подготовке к пуску оператор стартовой команды, суетившийся в бункере, рукавом кителя задел рукоятку тумблера, управляющего электрическими замками крепления шлангов заправки. Шланг заправки отстыковался, и окислитель залил стартовую площадку. В это время шла и заправка горючим. Пары горючего, смешавшись с парами разлитого окислителя, воспламенились. Первая ступень ракеты была уже полностью заправлена и загорелась.

Обошлось без жертв, ушибы, полученные людьми, в панике выпрыгивавшими из окон служебного здания, – не в счет.

В эти же дни на фирме Косберга в Воронеже был уничтожен взрывом большой огневой испытательный стенд двигателей. Причиной взрыва была искра в шнеке кислородного насоса. Все бы кончилось локальным уничтожением очередного турбонасосного агрегата, но в это же время последовал прорыв кислородной магистрали. Пять тонн жидкого кислорода, вылившись на маленький огонек, вызвали такой пожар, какого Воронеж не видел со времен войны.

Впрочем, эти события не задержали подготовку и пуски следующих Е-6.

10 апреля 1965 года состоялся седьмой по счету запуск Е-6.

Это был АЛС № 8. «Номер восемь до Луны не добросим», – мрачно шутили становящиеся уже суеверными офицеры стартовой команды. Они имели достаточно оснований для злых шуток в адрес «гражданских» -разработчиков ракет и космических аппаратов. Ни одной аварии по вине стартовой команды или военного расчета технической позиции на первой и второй площадках не было. Во всех бедах виноваты конструкция, схемы либо технология производства.

Жизнь офицеров полигона была несравненно тяжелее службы в воинских частях авиации или артиллерии.

Там все строго регламентировано, расписано по дням и часам. Есть время для учебы, спорта, семьи и отдыха. На полигоне Тюратама у работающих с нами офицеров суточный распорядок всегда ломался в зависимости от числа обнаруженных замечаний, дефектов, изменения времени пусков и поручений аварийных комиссий.

Для «номера восемь» снова потребовалась аварийная комиссия. Двигатель третьей ступени не вышел на режим по причине негерметичности системы наддува баков горючего и окислителя.