Книга 3. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны

Остатки «лунного поезда», разрушенные при входе в атмосферу, упали в воды Тихого океана.

Уже на следующий день мы составили новый график подготовки и пуска Е-6 с АЛСом № 10. После всех сдвигов и волевых сокращений циклов испытаний день пуска пришелся на святую дату – 9 мая 1965 года. Многочисленным участникам войны предстояло отметить 20-ю годовщину великой Победы подлинно огневым салютом на старте. Сотням солдат и офицеров предстояло дежурить у рабочих постов на измерительных пунктах вдоль трассы полета. Экипажи кораблей Тихоокеанской экспедиции и в Атлантике в этот праздничный день тоже обязаны следить за полетом.

В промежутке между седьмым и восьмым пусками Е-6 надо было обязательно провести запуск очередного спутника связи «Молния-1». Все участники программы «Молния-1» были крайне заинтересованы в пуске до майских праздников.

9 мая мне предстояло «праздновать» в двух местах: ночью – в Щелкове по случаю первой передачи телевизионной хроники праздничных торжеств по линии Владивосток – Москва, утром – в здании Генштаба, куда шла трансляция с полигона о запуске Е-6.

На улице Фрунзе в здании Генштаба находился узел связи, в который сходилась информация со всех измерительных пунктов. Генерал Андрей Карась, который был хозяином командно-измерительного комплекса, воспользовавшись праздничным днем, организовал передачу всей информации о пуске и полете Е-6 в кабинет начальника Генштаба. Я с небольшой группой лунных проектантов утром 9 мая прошел по безлюдным коридорам Генерального штаба Советской Армии. Встретивший нас офицер провел в кабинет, который, по его словам, был основным местом планирования военных операций последних двух лет войны.

Генерал Карась был явно доволен своей инициативой и предсказал, что в такой торжественный день, да еще под контролем самого Генерального штаба пуск Е-6 должен быть удачным. Отметить 20-ю годовщину Победы в таком кабинете было почетно и необычно. Мы по телевизору наблюдали военный парад и слушали сообщения из Владивостока о качестве трансляции через «Молнию-1». Передача была удачной, и я даже на время забыл о Е-6.

После доклада НИП-15 из Уссурийска стало ясно, что все три ступени носителя отработали нормально.

Через полтора часа пришел самый волнующий доклад из Одессы – корабли «Краснодар» из Средиземного моря и «Долинск» из Гвинейского залива передали телеграммы, из которых следовало, что блок «Л» свою задачу выполнил.

Офицеры Карася, находившиеся на пункте связи с полигоном, по поручению Королева пробились в кабинет Генштаба и передали распоряжение: «Чертоку с группой немедленно вылететь в Симферополь».

10 мая утром я был уже в Симферополе.