Кодекс Крови. Книга I (СИ)

Он не суетился, а наоборот будто стал строже и спокойней.

— Кажется, я понял, о каком роде идёт речь, — газета упала на столик, — желаю удачи в войне с Богом комаров!"

"Парень ехидно улыбнулся и чуть неуверенной походкой ушёл, забрав с собой все выкладки, а Аркадий Иванович обратил внимание на брошенную газету, где посреди первой полосы «Имперского вестника» было объявление о вознаграждении за любую информацию о бароне Михаиле Юрьевиче Комарине.

— Да какого х**, во имя Крысы! Что происходит?

Стоило произнести восхваление собственного покровителя, как в животе у Аркадия Ивановича резко забурлило, и ему пришлось срочно покинуть трапезную.

* * *Домой я попал без происшествий. Душ и плотный обед решительно улучшили моё настроение. Количество кровников растёт, два накопителя исправно работают, и даже Имяул облюбовала себе место на соседней подушке. Кошечка везде топала за мной с важным видом. Когда она успела ураганом пронестись по особняку, я не знаю, но в очередной раз появившись, мордашка её была в крови. Я всполошился.

— Что с тобой? Ты ранена?

— Имяул хор-р-р-рошо! Она еула мяулину! — и кошечка с осоловелым взглядом облизнулась.

— Тильда, загляни ко мне в кабинет, пожалуйста, — позвал я подругу. — У меня тут… — я даже не знал, как назвать Имяул. Она и не питомец, и не зверушка, и не гость… Она… —… ребёнок тут у меня появился.

По обратной связи пришла волна молчаливого изумления. Да чтоб у Тильды слов не хватило? Быть того не может. Спустя секунду в кабинет влетела подруга, и я несколько завис, не реагируя на посторонние раздражители. А всё потому, что девушка сейчас была одета… О, нет! Она была раздета… И снова нет.

На ней было платье странного кроя, если крой там вообще был. Слои полупрозрачной ткани разных оттенков, вышивка, цепочки в самых неожиданных местах… В чём-то подобном в нашем мире ходили женщины барханцев. У тех считалось, что чем сильнее воительница, тем более открытым может быть наряд. У меня чуть слюна не закапала, а уж про реакцию в штанах и говорить не буду.

— Ты шикарна и неподражаема! — с искренним восхищением произнёс, глядя на подругу. Та даже покрутилась на месте, наслаждаясь достигнутым эффектом. — На выставке взгляды всех мужчин будут прикованы к тебе, а не к цветам!

— Что за выставка? — тут же среагировала Тильда на новые вводные.

 — Стоп, не переводи тему! Что за ребёнок?

Я позвал Имяул, и та завозилась под шторой, высунув измазанную в малине мордочку.

На лице Тильды мелькал калейдоскоп эмоций: восторг, опаска, удивление и, наконец, осознание размера неприятностей. Она осторожно присела на корточки у кошечки и дала себя обнюхать. У крохи от удивления глаза стали огромным и круглыми как блюдца.