Кодекс Крови. Книга ХVII
Всё это время Трай считал, что его перерождение в Михаиле Комарине — случайность, стечение обстоятельств. Но что, если всему есть причина? Что, если прошлое Комариных не менее грандиозное, чем Эсфесов? Монета всегда имеет две стороны, а Михаилу-Траю предстоит сделать свой главный выбор. Чего будет стоит безопасность родных и друзей в нескольких мирах? Какую цену назначит Вселенная?
— Ну, во-первых, я вам не бычок-осеменитель, а во-вторых, помните начало нашего разговора? Соседство столь разновекторных магий никогда не будет равным.
— Почему же? — её голос звучал почти вызывающе. — Даже огонь и вода в состоянии ужиться в одном человеке, что уж говорить про магию смерти и магию крови."
"— Вы путаете понятия, — мягко поправил я её. — Огонь и вода — порождения стихий, разные её проявления, точно так же, как жизнь и смерть — всего лишь отсечки на спирали существовании одной души.
Я видел, что Легат меня не понимала, хоть и силилась понять.
— Давайте так, ваша Госпожа покровительствует этому миру и готовит легионы для его защиты, так?
— Так, — кивнула лич.
— А кстати, много их? — не смог я сдержать собственное любопытство.
— На моей памяти создавались Франкский, Этрусский, Египетский, Гиперборейский, Норте-Чикский, Хараппский, Сяский и прочие. Всего, если мне не изменяет память, заложили больше сорока легионов. Но вместе Легаты всех легионов ни разу не собирались.
— Ох, Мать Великая Кровь! — я не смог сдержать лёгкого смешка. — Куда там нашим двум сотням… — прикинул я в уме соотношение сил. — Мы среди вас даже не рота, а так… взвод в лучшем случае.
— Вы о чём? — её голос звучал искренне недоуменно.
— О том, что Занзара готовили свой легион Крови для последней битвы. В нём исключительно маги крови, но нас всего две сотни против ваших миллионов.
— Надеюсь, что не против, а за… — задумчиво пробормотала Легат.
— Но в этом суть, я всё никак не объясню, что обычным смешением кровей такой эффект, который вы хотите, добиться не выйдет. Я живой тому пример. Кроме магии крови я обладаю ещё одной магией, но её возможности урезаны чуть ли не в половину. Я совершенно отрезан от любых атакующих конструктов. Лишь защита в моём арсенале. И то этот прогресс был достигнут путём двух смертей.
— В жертву кого-то принесли? — деловито уточнила Легат.
— Себя, дважды, — мило улыбнулся я в ответ.
— Ну вот, — вздохнула хозяйка пространства.
— Госпожа Легат, давайте вы выключите сейчас в себе женщину и включите того, кем вас поставила ваша Госпожа, — постарался я вернуть собеседницу к конструктиву. — Я могу хоть каждый год строгать вашей внучке по ребёнку, но это не решит вашей задачи. Я уже видел такие эксперименты.
















