Кодекс Крови. Книга ХVII

Тигров же нахмурился, и в тот же миг его зверь — огромный амурский тигр, чья тень всегда витала где-то рядом — вздыбил шерсть на холке, обнажив клыки в беззвучном рыке.

«Видимо, неприязнь между кошками и собаками заложена на генетическом уровне», — подумал я, с трудом сдерживая саркастическую усмешку.

— Особей двести, плюс-минус пару десятков, — озвучил я собственные соображения, вслушиваясь в далекий шум приближающейся стаи. — Дальность — километров пять, что для бешеной собаки далеко не крюк. Ваш папаша решил собрать против нас ополчение?

Николай покачал головой, и в его глазах мелькнуло что-то вроде усталого раздражения.

— Боюсь, что вы моему отцу будете в кошмарах до конца жизни являться с обещанием отгрызть ему голову, если он еще раз решит взяться за старое, — сказал он, и в его голосе прозвучала горькая ирония. — Здесь другое…

В этот момент со стороны бора к нам подошла делегация: Кирана с Ксандром, Ольга с Тэймэй и баронесса Белухина. Их сопровождали ледяные гончие Ксандра — призрачные псы, чьи морды дышали холодом, а глаза светились синевой вечной мерзлоты."

"— Оборотни — почти поголовно представители младших ветвей семей, — продолжил Николай, и в его голосе прозвучала сдавленная досада.

 — Как вы понимаете, с деньгами зачастую у них не так всё радужно. Многие выбирают военную службу, но некоторые считают себя выше того, чтобы служить кому-либо. Спесь.

Мне показалось, что ему было отчасти стыдно объяснять эти местные реалии. Как будто он сам ощущал вину за сложившуюся ситуацию.

— Впрочем, спесь не мешает им жить в долг, плодиться, как кроликам, и кичиться древними предками, которые никогда не шли к кому-либо под руку.

— А я здесь при чём? — спросил я, все еще не понимая, почему вокруг меня вдруг собрался целый волчий парад.

— Вчера они увидели такое количество золота, что даже у самых здравомыслящих попросту сорвало все тормоза, — пожал плечами Полозов.

— Настолько, чтобы не испугаться дракона? — мне с трудом верилось в подобную дурость.

— От вас катализатором несло за версту, уж простите, — усмехнулся Николай. — А после его употребления несколько дней откат будет. Обернуться не сможете. Вот они, скорее всего, и ждали, пока вы звериный облик скинете.

— Такое ощущение, будто я в человеческом облике их на шубу не пущу.

Тигров закашлялся, скрывая смех, но его зверь ощерился в сторону леса, будто уже предвкушая бойню.

— Просто у оборотней обычно способностей к магии хер да маленько, — пояснил Еремей, и в его голосе звучало леденящее спокойствие. — Дракона они испугались до усрачки, если против тебя стаю в две сотни голов собрали. Только они не знали, что в твоём случае страшнее человека зверя нет.

Я ощутил, как внутри меня что-то зашевелилось.