Когда исчезнет эхо

Девушка была обнажена, и когда она обернулась на звук открывающейся двери, Юлька увидела ее большие, очень красивой формы обнаженные груди, которые мяли мужские пальцы.

Торс и лицо лежащего мужчины были скрыты прекрасной незнакомкой, ноги в спущенных брюках могли принадлежать кому угодно, поскольку брюки были форменными, в таких ходила половина управления, но вот ботинки… Ботинки Юлька узнала бы из тысячи. Они вместе покупали их в маленьком магазине испанской обуви ручной работы, спрятавшемся на одной из узких улочек города Бланеса, где в прошлом году были в отпуске.

Ботинки были из мягкой кожи и очень дорогие, Олег вряд ли согласился бы потратить на себя такие деньги, но, во-первых, на ботинки была большая скидка, а во-вторых, они как-то сразу запали ему в душу, и он примерил их не один, а целых три раза, и все держал в руках, словно не в силах с ними расстаться, и Юлька уговорила их купить.

Скидка была связана с небольшой царапиной, почти незаметной, и сейчас Юлька смотрела на эту царапину, не в силах отвести от нее глаз. Мужчина, лежащий на столе, был ее мужем. И на нем, как на спортивном снаряде, скакала знойная красотка, бесстыдно подставившая под его жадные пальцы свои роскошные груди.

Юлька попятилась, мужчина на столе попытался встать, выбраться из-под своей любовницы, но видеть его глаза было сейчас выше Юлькиных сил, поэтому она опрометью бросилась вон из кабинета, слетела по лестнице, как будто за ней гнались, и выскочила на улицу мимо изумленного дежурного. Кто-то кричал ей вслед, по крайней мере, она точно слышала свое имя, но не остановилась и не оглянулась, не в силах сейчас никого видеть.

Вечер и ночь она провела у подруги Веры, выключив телефон. Понимала, что пойманный с поличным изменник будет ей звонить. Вере она к телефону подходить тоже запретила. Та послушалась, потому что спорить с Юлькой было, в общем-то, делом неблагодарным. Назавтра, включив телефон и обнаружив десять непринятых звонков от Олега, она написала ему СМС с просьбой забрать свои вещи до конца сегодняшнего дня."

"Он в ответ спросил, не считает ли она нужным с ним поговорить, но Юлька не ответила, потому что вступать в переговоры нужным не считала. Измена была предательством, предательство прощать нельзя, и обсуждать тут нечего. К вечеру муж сухо информировал ее, что уезжает на две недели в Москву, на учебу, и что, когда он вернется, они во всем разберутся. По сухости тона Юлька с изумлением поняла, что он еще на нее и обижен. И это вместо того, чтобы мучиться угрызениями совести.