Когда исчезнет эхо

В общем, мы с Вадимом весь вечер о литературе проговорили. А потом, когда танцы начались, он меня танцевать пригласил.

Мне, конечно, показалось, что это не очень удобно, потому что он же с Катькой пришел, и я ему про это сказала. Он согласился, конечно, и потом пригласил Катьку танцевать. Она сначала расстроилась, а потом повеселела. В общем, мы весь вечер разговаривали и танцевали. Мальчишки водку из дома притащили, но Вадим пить отказался и где-то часов в десять спросил, не хочу ли я домой.

В общем, мы не стали дожидаться конца выпускного и ушли. Втроем. Он, Катька и я. По дороге до Сазонова песни пели, цветы собирали, я венок сплела и отдала Вадиму. Он в этом венке и в рубашке белой с расстегнутым воротом стал похож на греческого бога. Он засмеялся и спросил, на какого. Я смутилась, потому что мне хотелось сказать, что на Аполлона, пришлось отшутиться, что на Гермеса или Диониса. А он рассмеялся, что тогда уж на Асклепия, потому что он в медицинском учится.

Катька после этого разговора надулась и всю дорогу молчала. Видимо, потому что в греческих богах не очень разбирается. Но вообще ночь была чудесная. Тихая, теплая. Воздух такой, как будто бархат гладишь.

Отец Вадима — большая шишка. У него на работе случились какие-то неприятности, поэтому им пришлось уехать из Москвы в нашу глушь. Вадим говорит, что это на время, а потом все утрясется. Он нам рассказывал про свою семью, про маму, которую очень любит, про отца, которого уважает, потому что тот настоящий мужчина и может решить любую проблему.

Он сказал, что уверен, что его родители всегда ему помогут и будут на его стороне в любой ситуации. Катька усомнилась, что такое возможно. Мол, у нее мать чуть что, сразу орать начинает и винить ее во всех смертных грехах. А я призналась, что мне трудно судить, но отчего-то я убеждена, что мои родители меня бы тоже всегда поняли."

"В общем, Катька опять разозлилась, потому что получилось, что ее мать хуже, чем моя или Вадима. Хотя мы же не имели этого в виду, и тетя Рита вовсе не плохой человек, только от жизни уставший.

Когда мы пришли в Сазоново, расставаться не хотелось и спать тоже. Мы отправились на реку, только не на пляж, а на территорию пансионата, на особое место на обрыве. Там растет старая сосна, корни которой держат берег, не дают ему разрушаться. Река в этом месте опасная, настоящая стремнина. Немногие смельчаки ныряют, потому что убиться можно или утонуть. Затянет в омут — и поминай как звали.

Вадим сбегал в пансионат и принес бутылку настоящего шампанского. Сказал, что наш выпускной надо отметить. И еще принес бокалы, хрустальные. Мы сидели над обрывом, пили шампанское, разговаривали и смеялись. Он сказал, что я в своем платье похожа на принцессу, а Катька опять разозлилась и заявила, что хочет купаться.