Когда случается невозможное (СИ)

Натар сощурился и смотрел на неё безотрывно.

— Тем, что вхожу в Сотню родов, — ответил он.

— Это я уже поняла. Не думаю, что есть твоё большое достижение в том, что твоя мать однажды не отказала твоему отцу. Личные заслуги имеются?

— Я прекрасный боец, — зашипел он, явно рассчитывая на другой исход разговора.

— Ну так иди, бейся. Об стену, например. Нашёлся герой, голова горой. Видишь ли, я тоже в селе родилась, поэтому компания тут для меня самая что ни на есть замечательная, — ехидно улыбнулась Лиля.

— Ты не знаешь, кому отказываешь! — скривился в презрительной гримасе наш собеседник.

— Надеюсь, что это так и останется. Тратить усилия на то, чтобы тебя ещё и запоминать, я не стану. А теперь — пошёл вон, ты мне аппетит портишь.

Не знаю, кто удивился сильнее — братья или подошедшие к нашему столику аристократы.

Нахал так и продолжал стоять перед нами. Мне даже стало его жалко. Видно было, что и уйти он не может, и придумать что-то достойное сил не хватает. Сопровождающий его парень очнулся первым.

— Пойдём, они не стоят нашего времени, — примирительно сказал он, потащив приятеля за рукав.

— Эта грудастая будет моей! — рявкнул нахал на всю столовую.

— Эта грудастая сама решает, с кем ей быть, — спокойно ответила Лиля.

— Отойди от моей девушки, иначе получишь вызов, — наконец поднялся Натар.

— Она не твоя девушка! — зашипел в ответ благородный.

— Его-его. Смотри! — Лиля тоже поднялась и смачно поцеловала Натара, в очередной раз удивив решительно всех, особенно его самого.

— Это ничего не значит, — неуверенно сказал аристократ.

— Это значит, что ты туповат. Смотри, вот ты, вот он. Я выбрала его. А ты проваливай. Уж не знаю, куда доходчивее, — упёрла руки в бока Лиля и посмотрела на благородного исподлобья.

— Ты об этом ещё пожалеешь! — ответил тот, но почему-то не Лиле, а Натару.

После этого драматического выступления, шемальянские аристократы почтили нас своим отсутствием.

Натар же развернулся к Лиле и поцеловал уже сам, не напоказ, а очень горячо и искренне. Затем сгрёб несколько ошарашенную Лилю в охапку и увёл из столовой. Видимо, закреплять успех.

Я осталась с Лимаром один на один, и на мои сомнительные прелести желающих ни из шемальянских аристократов, ни из альмендрийских крестьян не нашлось. Глубоко вздохнув, доела остатки риса, запила водой и отправилась вслед за оставшимся братом смотреть мастерскую.

Располагалась она в отдельной постройке, но одеваться мы не стали. Я уже знала, как применить согревающее заклинание, а Лимару зимний ветер, кажется, был нипочём. Несколько крупных снежинок запутались в его волосах, а парочка осела на длинных ресницах, делая его образ ещё привлекательнее.