Колечко с бирюзой

Не то что от поцелуев, от объятий меня тошнит, не говоря уж о чем-то более серьезном…

— Это еще раз подтверждает, что тебе необходимо сменить обстановку. Парней, как договорились, я беру на себя, а ты до конца отпуска отправляйся на юга. Курортный роман, надо сказать, способен совершить революционные сдвиги даже в самой заторможенной психике.

— Соня, но мне же, кровь из носа, статью к сентябрю нужно сдать!

— Успеется! Зарядишься там энергией на десять статей и, дай Бог, наконец-то своего драгоценного Карташова забудешь!

— Давай не будем про это, Соня! Хочешь — не хочешь, но забыть его я все равно не смогу.

Мальчишки-то все в него, один в один… И потом, — Наташа виновато посмотрела на Софью, — давай я тебе его фотографию покажу, хотя даже не знаю точно, он ли это на самом деле, но очень похож…

Софья на какое-то время потеряла дар речи от удивления и вновь приобрела его лишь после возвращения Наташи, которая принесла большой почтовый конверт, а в нем цветную фотографию.

Рослый темноволосый мужчина с густой щетиной на лице курил, прислонившись к бронетранспортеру в компании таких же угрюмых, исподлобья глядевших в объектив усталых мужиков с автоматами на груди.

— Где ты ее достала? — Сонька покачала головой. — Выходит, ты знаешь, где он служит? Что ж молчала тогда? Не пыталась его отыскать?

— Ничего я не знаю, Соня, — вздохнула Наташа, — и действительно не уверена, Игорь это или нет. Вполне вероятно, что просто очень похожий мужчина. Ты ведь знаешь, он во флоте служил, а здесь, — взглянула она на фотографию, — обычная армейская форма.

К тому же он не курил, а тут, смотри, дымит. Эту фотографию Нина Ивановна совершенно случайно увидела в «Огоньке». Тайком от меня написала в редакцию, и ей, к нашему удивлению, выслали этот снимок. Он, оказывается, был сделан лет десять назад и хранился в архиве с надписью «Разведчики на отдыхе». И все, больше никакой информации! Что за разведчики, где они находятся, фамилии, имена — ничего не известно! Вернее всего, это — Афганистан, но, насколько я знаю, морей в тех местах нет, и моряку, естественно, делать там нечего…

Софья вгляделась в лицо человека, который почти пятнадцать лет ежедневно напоминает Наталье о себе двумя мальчишками, похожими на него как две капли воды.

— Сильный мужик, тут уж ничего более не скажешь! Но жив ли? Я тоже думаю, что фотография афганская…

— Я, честно говоря, поначалу хотела сделать запрос. — Наташа, словно лаская, провела по лицу любимого мужчины указательным пальцем. — Но Нина Ивановна меня отговорила.