Коллекция

— А вы отличный актер, Вадим Иванович! Никто бы не догадался! Немного грима, очки, одежда, жалостная походка… боже, какая игра!

— Это не игра, — Князев обернулся и подобрал зажигалку. — Просто таков мой образ жизни. Каждый живет так, как считает нужным… Думаю, теперь ни к чему путаться в местоимениях, да и без отчества можно обойтись.

— Какая честь для меня! — язвительно отозвалась она.

— А я ведь просил тебя не оборачиваться, — заметил Князев.

— Я так понимаю, во дворе никто об этом не знает?"

"— Нет. И, честно говоря, я не понимаю, как ты догадалась, — он положил ладонь ей на плечо, но Кира зло дернула плечом, сбрасывая его руку.

 — Ты не знала, но ты догадывалась, и для меня это загадка, — он щелкнул зажигалкой, и слабое пламя на миг осветило его лицо, недовольное и в то же время растерянное, словно у человека, который не может открыть дверь собственного дома. — Никто не сумел заглянуть так глубоко. Обычно люди удовлетворяются тем, что ты позволяешь им видеть — и с них этого достаточно. Кому интересен дряхлый хромоногий старик? Разве что таким же старикам.

— Хромота получалась лучше всего! — бросила Кира.

 — Станиславский рыдал бы у тебя на плече от умиления!

Он хмыкнул, продолжая щелкать зажигалкой и глядя на вспыхивающий и гаснущий огонек. Кира, почуяв некую неправильность в его молчании, скосила глаза на левую ногу сидящего рядом человека, и Вадим, ощутив ее взгляд, поспешно погасил вспыхнувший в очередной раз огонек, но она все равно успела рассмотреть длинный разветвленный шрам, словно след от сильного ожога, спускающийся по его бедру до самого колена, и покраснела в темноте.

— Извини. Я не…

— Пустяки, — небрежно сказал он, не глядя на нее.

 — Попал в аварию… ну, неважно, когда. Вот и осталась… хм-м… памятка.

— И тогда… вечером… когда тебе было плохо во дворе… ты тоже не притворялся? — негромко спросила Кира.

Вадим посмотрел на нее недовольно, и она почувствовала, что ему хочется солгать.

— Иногда бывает… но очень редко.

— От кого ты прячешься?

— Прячусь? — он усмехнулся. — Я ни от кого не прячусь, милая девушка. Фильмов насмотрелась? Я же объяснил — таков мой…

— Не надо считать меня такой уж скудоумной, Вадим! — она впервые назвала его просто по имени, и ей это понравилось, и в то же время показалось, что ей никогда и не доводилось называть этого человека по отчеству.

 — Молодой мужик может прикидываться рассыпающимся дедулей только по двум причинам — либо он кого-то боится, либо кого-то выслеживает! Но ты… не очень похоже, что ты кого-то боишься — твоя маскировка слишком экстравагантна.

— О, да, разумеется, я кого-то выслеживаю! — иронично сказал Вадим. — На самом деле я киллер и изучаю распорядок дня бабки Нины.