Коллекция

Интересно, а что произошло бы, если б Стас отменил приглашение ей самой? И что если он это и собирался сделать в конце концов?

Внезапно Кира поняла, что совершенно не хочет об этом думать.

Часть 4

С Днем Рождения!

— Кира, чем ты занимаешься? Здесь, все-таки, не художественный салон.

Она обратила на Ивана Анатольевича затуманенные глаза и поставила фигурку на подстеленный лист бумаги. Дядя склонился, оперившись ладонями о столешницу и удивленно глядя на то, что изобразила племянница. В пластилиновой ванне лежала голая женщина с высоко закрученными на макушке волосами, в ванне же находился и мужчина, но одетый.

Одно колено мужчины вжималось женщине в живот, а другое — в бедро, зубы были оскалены, словно в напряжении. Мужчина стиснул пальцы на шее женщины, а та цеплялась за его запястья, будто силясь разорвать хватку. Изо рта женщины торчала мочалка, отчетливо была видна свисающая петелька. На бортике ванны лежало сложенное полотенце, из пластилинового крана лилась струя пластилиновой воды. Шланг душа был перекинут через бортик, и душ свисал, почти касаясь несуществующего пола. Казалось, его бросили только что, и он еще до сих пор раскачивается.

— Господи, что это за жуть?!

— Мужчина убивает свою любовницу, — неохотно пояснила Кира и взглянула на монитор так, словно не могла понять, что это такое.

— Натурально как ты сделала, — сказал Иван Анатольевич, с любопытством разглядывая пластилиновое творение. — Прямо каждая черточка, даже эмоции… Да ты, прямо, мастер, тебе б заниматься… Только почему тебя такая жуть-то вдохновляет?

— Это очень жизненно… — Кира потерла лоб и зевнула.

— Кстати, у мужика очень знакомое лицо, — дядя склонился еще ниже. — С кого лепила?

— С одной фотографии, — ответила Кира, роясь в бумагах и пытаясь понять, чем именно ей сегодня следовало заниматься. — А вообще… я его не знаю… Так, случайно… посмотрела…

— И все-таки, занимайся творчеством в перерыв или дома, — он выпрямился и постучал кончиками пальцев по столешнице. — У тебя работы навалом, между прочим… Кстати, почему ты так давно не была в больнице?

— Я… у меня сейчас нет времени, — Кира стрельнула глазами в сторону фигурки, потом взглянула на дядю, пытаясь придать лицу выражение озабоченности, но лицо слушалось плохо, считая, что выражение жесткости и цинизма пойдет ему гораздо больше.

 — Как освобожусь, зайду. В конце концов, запасов там на неделю, лекарств купили впрок достаточно, за уход мы заплатили, Стас без изменений — лежит себе и лежит, если что, нам сразу сообщат — к чему там я? Если я буду там сидеть ежедневно, лучше ему от этого не станет.