Колонисты

Но, то ли я не зацепил ничего жизненно важного, то ли моего попадания медведю попросту не хватило — он продолжал реветь и метаться из стороны в сторону, силясь найти противника.

Еще два моих выстрела не принесли успеха — промазал. Литвин с Шендром попадали, но, почему-то мне казалось, их выстрелы не наносят медведю особого вреда, Впрочем, как и мои.

Я перезарядил пистоль и вновь открыл огонь. Литвин с Шендром перезаряжали свои ОСЗ, пока палил я.

И тут случилось страшное — медведь отошел от действия «Вспышки». Я увидел его горящий ненавистью взгляд, вперившийся в меня, увидел, как он зло раздувает ноздри, словно запоминая мой запах, чтобы затем найти, даже если я скроюсь с глаз, провалюсь под землю.

— Парни! — заорал я. — Бежим! Бежим!

Мы все трое вскочили и отбежали назад. Медведь бросился следом. Я выстрелил в него еще два раза, в этот раз, попав в тело, но снова-таки, мои попадания, прошившие его насквозь, словно бы только злили его, не причиняя никакого урона. Шендр и Литвин, на ходу перезарядив свои ОСЗ, принялись обстреливать монстра.

А сам медведь почему-то остановился на насыпи камней, где совсем недавно прятались мы.

Его взгляд все еще горел ненавистью, он пытался идти к нам, но как-то неуклюже переставляя лапы, медленно, с трудом. Он начал чаще фыркать, прекратил реветь. Его начало вести в сторону и, наконец, сделав очередной шаг, он повалился на землю, рухнув на бок. Но все же он оставался жив — мы видели вздымающийся бок. Медведь дышал и явно не хотел умирать.

— Сейчас в башку ему шмальну! — наконец решился Литвин и двинулся вперед.

— Тут стой! — остановил его Шендр. — Этот монстр и на последнем издыхании успеет тебя достать.

Просто стой и жди. Скоро сам сдохнет.

— Могли бы и помочь, — проворчал Литвин, но спорить не стал.

Медведь лежал и дышал, но с каждой минутой его дыхание становилось все слабее и все реже. Спустя полчаса он дернулся и затих.

— Вот и все, нет «хозяина озера», — заключил Литвин.

— Какой еще «хозяин озера»? — не понял я.

— А что, тебе эти психи (как они себя сами называют «катехумены Хруста») не встречались? — с улыбкой поинтересовался Литвин. — Не рассказывали про «хозяина озера», дух Хруста, единый планетарный разум, который очень зол на людей, изменивших лицо его планеты?

— Нет! — отрицательно качнул головой я.

 — А кто это вообще такие? И что за дичь ты тут сейчас рассказывал?

— Есть тут фанатики, — ответил за него Шендр, — именно такую дичь и несут. Ну, теперь то понятно, кого они «хозяином озера» звали. Ну, ничего, кончился их «хозяин».

Глава 4 Зверобои-Промышленники

Тушу «мега — медведя» (так животное нарек Литвин) мы решили пока не трогать — и так дел невпроворот.