Копья и пулеметы

Так что англичане легко разбивали (так и тянет сказать «разгоняли») китайские войска даже при их многократном численном превосходстве…

Кстати, командующий английской эскадрой адмирал сэр Джордж Элиот приходился родным братом боссу наркоторговли Чарльзу Элиоту. Такой вот семейный подряд…

В конце концов в 1842 г. китайцам пришлось подписать крайне унизительный для них договор, получивший название Нанкинского.

По нему Великой Британии «в вечное владение» отдавали остров Гонконг, открывали для торговли с англичанами (и вообще европейцами, ну и, разумеется, с американцами) портовые города Гуанчжоу, Нинбо, Сямынь, Фучжоу и Шанхай, выплачивали 15 миллионов лян контрибуции.

Чуть позже во всех этих портах были устроены так называемые сеттльменты – европейские кварталы, находившиеся вне китайской юрисдикции. Англичане (а заодно и другие европейцы) китайским судам были неподсудны. Что до опиума, англичане все же заботились о приличиях и не стали брать у китайцев письменное разрешение на торговлю им, ограничились устным (надо же заботиться о внешних приличиях), но недвусмысленно предупредили на дипломатическом языке: если опять начнете выступать, будет плохо.

(Забегая вперед, скажу, что через несколько лет китайцы все же попытались дернуться, но последовала вторая «опиумная война» со столь же печальным для них результатом. Больше они уже не пробовали сопротивляться ввозу отравы – около ста лет…)

И для англичан настало сущее раздолье. Несколько нарушая хронологию повествования, я доведу рассказ об опиуме в Китае до финала – до середины XX века."

"Англичане резвились напропалую. В середине XIX в. они уже завозили в Китай 55 000 ящиков опиума в год, строили по всей стране опиекурильни.

Тогда же Хуань Цзюэцзы, крупный сановник и ярый противник наркоторговли, писал в докладе императору: «Начиная с чинов нижнего сословия вплоть до хозяев мастерских и лавок, актеров и слуг, а также женщин, буддийских монахов и даосских проповедников – все среди бела дня курят опиум». По его подсчетам, из десяти столичных чиновников опиум курили двое, из десяти провинциальных – трое, а из десяти служащих уголовной и налоговой полиции – пятеро-шестеро. А еще раньше губернатор провинции Чжэнцзян писал в Пекин, что в одном из уездов, который он посетил, днем не встретишь ни на деревенской улице, ни в поле ни одной живой души – все лежат по домам, обкуренные, и только к ночи становится людно – очухавшись, все бегут за новой дозой. В самом деле, зачем англичанам в таких условиях полная оккупация страны, если серебро и так исправно течет могучим потоком?

Жутковатые цифры: в 1842 г. население Китая составляло 416 млн человек, а в 1881 г. – уже только 369 млн.