Королева. Выжить, чтобы не свихнуться

Либо на своих двоих и с королевским прощением в руках, либо его тело сгниет в канаве после того, как замучают до смерти. Свободу выбора никто не отменял.

Поднявшись со стула, дала понять, что аудиенция закончилась. Перед утренней мессой я хотела навестить Роберта. Зато потом сидела в часовне, размышляя об увиденном. Мне, знакомой лишь с собственными порезами и разбитыми коленками в детстве, и то показалось, что раны лорда Дадли вели себя неподобающим образом. Оставалось надеяться, что они исправятся и заживут, как и положено приличным ножевым ранениям.

После завтрака с головой погрузилась в работу.

Этим утром запыхавшийся курьер доставил тайное послание от Юхана, графа Финского. Оно прибыло с одним из торговых кораблей. Этого еще не хватало для полного счастья! Ведь я так и не вышла провожать шведскую делегацию, сославшись на тяжелое нервное потрясение, из-за которого несколько дней провела в кровати. Читала, занималась с Роджером, работала с Уильямом, играла с девочками в карты, отъедалась сладостями, дожидаясь, когда шведы уберутся восвояси. Эрик, конечно, прислал десяток записок с извинениями и драгоценностями, которые должны были заставить меня сменить гнев на милость. Безделушки я вернула; записки, в которых он намекал, что «невиноватый я, она сама пришла», порвала.

Граф Финский молчал, чему я втайне радовалась. Умный мужик, сразу понял причину отказа и то, что я не собиралась с ним больше встречаться. А тут взял и написал письмо. Да еще и секретное… Что же его так не вовремя переклинило?

Юхан умел красиво писать, надо отдать ему должное. Долго и витиевато извинялся за свой малозначительный роман, о котором позабыл упомянуть.

Сожалел, что он привел к нашей размолвке. Скорбел о моей печали, в которой чувствовал свою вину. Спрашивал, есть ли надежда, что я сменю гнев на милость, если он сошлет сожительницу в финскую тьмутаракань. Правда, с хорошим денежным содержанием, так как детей своих любил. В общем, надеялся, что между нами ничего не закончено. Пылал страстью, трепетно хранил в памяти мой образ и так далее. Слишком много слов… Так, проехали!

Как и думала, на этом письмо не заканчивалось. С трудом пробравшись сквозь романтические дебри, я наконец добралась до цели послания.

Король Густав Ваза тяжело болен и вряд ли уже оправится. Эрик после смерти отца должен занять трон по праву престолонаследия, но Юхан собирался объявить его недееспособным. В последнее время у единокровного брата (ого, а я не знала, что они от разных матерей!) участились нервные приступы, когда он громил все, что попадется под руку. А затем сутками сидел в своих покоях, терзаясь страхами и подозревая всех вокруг в том, что хотят его убить. Я задумалась.