Королевская кровь. Книга 3

И уже в тупом оцепенении наблюдает, как снова раскручивает свое тело высший ототон, сжимаясь, словно готовясь прыгнуть, как открывается перед щитами студентов Зеркало, и оттуда выходит рыжеволосая фигура, застывающая от открывшегося зрелища, как рядом с Алиной и трясущим ее куратором открывается второе, и появляется ректор Свидерский в пижаме, орет, мгновенно сориентировавшись: «Макс, спаренным стазисом!» — и летит во вжимающуюся для прыжка тварь призрачная сеть, затем другая, полыхает огненный гриб — так, что лицо ее опаляет жаром, и высоченный черный треснувший стручок рассыпается вонючим пеплом, разлетающимся по могильнику.

Желудок сжался, принцесса согнулась, давясь горькой желчью и сплевывая ее. Было жутко стыдно, но в глазах сразу же посветлело — и успела еще увидеть, как лорд Тротт садится с размаху на землю, хватаясь за голову, когда, наконец, Ивар сгреб ее в охапку и потащил к Зеркалу.

Ректор Свидерский, ничуть не смущаясь своего экзотического вида, быстро прошел к группе старшекурсников. Его выписали два дня назад, назначив постельный режим и усиленное питание — однако Алекс в первый же день вышел на работу, разгребать завалы.

Правда, позволил себе приходить в Университет не к первой паре, а ко второй. Он успел только почистить зубы, когда его вызвал один из кураторов седьмого курса, быстро сообщив по телефону о происходящем и о том, что нужна помощь.

Лежащих уже осматривали преподаватели и вызванные виталисты, над телами магов шагах в пятидесяти от них суетились их коллеги — кажется, были и убитые, и раненые. Открылось Зеркало, оттуда вышло несколько человек в форме безопасников отдела МагКонтроля, направились к командиру операции, хмуро осматриваясь вокруг.

Лес горел, солдаты сомкнули круг и держали огнеметы наготове — на случай, если какая-то тварь все-таки уцелеет. Хотя что могло уцелеть под «Огненным столбом», выжигающим все живое и неживое на десятки метров под землей?

— Химические ожоги, ушибы, один перелом, — сказал ему университетский виталист, — Ситников вообще чудом уцелел, удар прямо по нему пришелся. Там вон, — он мрачно кивнул в сторону группы магов, — два трупа, кости, черепа в осколки, а этому хоть бы хны. Уникум какой-то.

Бритоголовый уникум сидел на земле и курил — одежда расползлась в лохмотья, на теле розовели ожоги от слизи «червя», зарубцевавшиеся уже — виталисты времени зря не теряли.

Терлецкому залечивали спину, еще одному семикурснику накладывали фиксатор на ногу, остальных из первой показательной группы тоже осматривали на предмет ожогов.

— Ну как, господа выпускники? — серьезно спросил у потрепанных студентов Свидерский. — Получили незабываемый опыт?

— Что это было, Александр Данилыч? — хмуро поинтересовался Матвей.