Королевство крыльев и руин

Я мысленно благодарила Матерь за такое везение.

Утром каждый наш солдат добавил себе в кашу противоядие Нианы. Разумеется, ее снадобье не действовало на вражеское оружие, смоченное раствором «фэйской немощи». Копья и пики по-прежнему могли пробить иллирианские щиты. Другое дело, что рана от такого копья не лишила бы наших воинов магических сил. Не подействовал бы на них и порошок, с которым я познакомилась в подземной библиотеке. И все равно я радовалась, что сегодня вражеская армия обошлась без своей излюбленной отравы.

До сих пор я видела лишь последствия бойни.

Сегодня бойня впервые происходила на моих глазах. Глядя, как сражаются иллирианские солдаты, я понимала: окажись я там, не прожила бы и пары минут. Иллирианцы сражались силой оружия и магии, уверенные в поддержке соратников слева и справа. Даже солдаты Кейра бились яростно и неутомимо, нанося по врагу удары тенями и сталью. Я бы оказалась брешью в этом общем непробиваемом щите. У меня не было жалости к вражеским солдатам. Но смотреть, как Кассиан и иллирианцы расправляются с ними…

Кассиан ударил по левому флангу.

Его сифоны исторгали всплески магической силы. Иногда щиты заставляли ее отскакивать, но чаще она находила цель и тогда пробивала насквозь, уничтожая доспехи и плоть под доспехами.

Там, где магия Сонного королевства выставила дополнительные щиты, Риз, Кассиан и Азриель действовали совместными усилиями. Тех, кто пытался сопротивляться, добивали иллирианской сталью. Ну а если кого-то пропускали… сзади двигались Кейр и его Вестники Тьмы. Эти живых не оставляли, убивая с холодной точностью.

Поле сражения, еще недавно покрытое сочной зеленой травой, превратилось в месиво из земли с кровью.

Утреннее солнце блестело на доспехах павших солдат. Армию Сонного королевства все сильнее охватывала паника. А монолитные ряды иллирианцев беспощадно теснили их.

Целостность левого фланга была нарушена. Самоуверенная знать, о которой вчера говорил Юриан, не выдержала натиска. Оставшиеся в живых спасались бегством… С холма мне хорошо было видно, как целые вражеские цепи вдруг поворачивались и стремительно удирали.

Однако находились и такие, кто не терял присутствия духа.

Один всадник — явно командир — не торопился разворачивать свою лошадь и скакать к реке. Кассиан счел его достойным противником для поединка.

Мор до боли стиснула мне руку, когда Кассиан вышел из цепи щитов и мечей. Цепь мгновенно сомкнулась, вновь став монолитной. Шлем и доспехи Кассиана были забрызганы грязью и кровью.

Высокий щит он сменил на круглый, что до сих пор висел у него за спиной, — такой же матово-черный. А затем Кассиан бросился в погоню за вражеским всадником.