Короли старшей школы

Он ведет меня в противоположную сторону дома, за бильярдный стол и дальше по коридору, где когда-то находился тренажерный зал, его кабинет недалеко отсюда.

Я вхожу и вижу совершенно новую кровать, гигантского размера, с большим темно-серым изголовьем почти до потолка, плюшевые подушки королевского пурпурного цвета лежат поверх совершенно белого одеяла. Напротив стоит такой же серый комод, а под окном – кресло-качалка с подушками того же цвета.

Что-то на тумбочке рядом с кроватью привлекает мое внимание, поэтому я иду в ту сторону и беру в руки маленькую двойную рамку.

Дрожащими руками я поднимаю ее.

Мое УЗИ в футляре за тонким стеклом, и УЗИ моей матери тут же.

Я кусаю щеку.

– Я подумал, что фиолетовый тебе тоже подойдет, – тихо признается он, заметив цвет надписи на снимке моей матери.

Я ставлю его обратно, поворачиваясь, чтобы встретиться с ним взглядом.

Он подходит к шкафу и открывает его. Моя одежда висит с одной стороны, на другой пусто.

– Это мое? Ты сделал это для меня?

– Это твой дом, Рэйвен, в большей степени, чем чей-либо еще. Здесь ты будешь жить, будь проклят Грейвен, – говорит он, не оставляя места для вопросов. Сильно, окончательно.

Мой взгляд возвращается к шкафу, и Ролланд появляется в поле моего зрения, загораживая пустоту.

Он слегка улыбается.

– Я подумал, что оставлю эту сторону пустой, на всякий случай.

Я напрягаю челюсть и еще раз оглядываюсь вокруг.

На прикроватной тумбочке лежит фонарик, окно занавешено прозрачными фиолетовыми занавесками, сквозь которые светит солнце. Я просовываю пальцы сквозь прозрачный материал, натягиваю занавеску на подоконник – он ниже, чем тот, что в комнате наверху. Мои пальцы замирают, когда натыкаются на канавку в дереве, и я подхожу ближе.

Мне нужно немного Р и Р, – вырезано прямо на белой краске.

Мои глаза сужаются, когда я боковым зрением что-то замечаю и вытаскиваю нож из кармана, щелчком открывая его.

Я провожу пальцами по середине лезвия, затем снова смотрю в окно.

Мой взгляд устремляется на Ролланда, который кротко улыбается.

Мысли возвращают меня к той ночи, когда он подарил мне его, и к произнесенным осторожным словам.

– Написанные слова – истина. Ты не должна принимать свою жизнь только потому, что ты в ней родилась. Семья – это выбор, Рэйвен. Не бремя рождения. Только от тебя зависит, когда ты почувствуешь это и перестанешь соглашаться на меньшее, чем хочешь.

Нахмурившись, я становлюсь прямо перед ним.

Перестану соглашаться.

Он хотел, чтобы я сопротивлялась?

Мне нестерпимо хочется спросить о том дне в моем трейлере. Спросить, откуда он знает все эти мелочи обо мне, о ноже, и о комнате, и о значении слов, которые моя мать вырезала здесь, но я не спрашиваю.