Корона из золотых костей

– В детстве Йен сочинял сказки и рассказывал мне. Он знал, что я… часто была одинока и скучала. – Я опять принялась расхаживать, теребя косу. – Когда он рассказывал эти сказки, он передавал их в лицах, с разным произношением и манерами. У него хорошо получалось – достаточно хорошо, чтобы чувствовать себя на сцене как дома.

– Я едва расслышал, что он шептал Поппи, – добавил Кастил. – Рыцари услышать никак не могли.

Я кивнула.

– Он сделал так, чтобы они не слышали. Вот зачем отошел от них так далеко – настолько, что они даже забеспокоились.

– Правда или нет, но одно то, что Йен вообще заговорил о Никтосе, наводит меня на мысль, что он знает о твоем происхождении, – начал Киеран, привалившись к столу, на краю которого сидела его сестра, поставив ноги на стул.

 – Это означает, что Кровавая Корона, скорее всего, тоже знает. Не удивительно, но это также может означать, что они имеют представление о твоих способностях.

– Возможно. – Я оставила в покое косу, но начала тереть большой палец. – Я хочу сказать: похоже, что они организовали мое создание.

Я не стала вдаваться в детали. Странно, как сутки назад я была потрясена известием, что Малек – мой отец.

Теперь эта новость заменилась гораздо более важными и стала казаться несущественной.

– Тогда у них, наверное, есть предположения насчет того, во что развиваются мои способности. Но что это за выходцы? Никогда о них не слышала.

– Я тоже, – подхватил Кастил, что тревожило, поскольку он провел какое-то время в столице относительно недавно.

– Но чем бы они ни были, это что-то очень скверное, ведь Йен сказал, что их не сможет одолеть даже большое войско.

– Если он сказал правду, – напомнил Киеран.

– Может, нет. А может, да. – Кастил скосил глаза, наблюдая за мной, и провел большим пальцем по нижней губе. – Разбуди Никтоса.

Наши взгляды встретились. Сказанное моим братом звучало дико, чтобы даже размышлять над этим, но…

– Сомневаюсь, что любой бог обрадуется, если его разбудить, а тем более Никтос, – вмешалась Вонетта. – А если он сказал это в надежде, что бог тебя уничтожит?

От этой мысли у меня внутри все перевернулось. Прогневить бога – надежный способ стереть меня с лица земли.

Но я вспомнила, что говорила герцогиня Тирман. Что я преуспела там, где провалилась королева Илеана. Могло ли это быть связано с Никтосом?

Вряд ли. Герцогиня говорила об Атлантии, и я верила, что Йен пытается нам помочь."

"– Но Кровавой Короне Поппи нужна живой, – напомнил Кастил. – И они хотят увидеть ее на той встрече. Если план заключается в том, чтобы ее убил разбуженный Никтос, зачем назначать встречу?

– Хороший вопрос. – Вонетта постукивала пальцами по коленям, переводя взгляд с меня на Кастила.