Корона из золотых костей
Она была жертвой, и она выжила…Поппи и не мечтала найти любовь, какую она обрела с принцем Кастилом. Она хочет наслаждаться счастьем, но сначала они должны освободить его брата и найти Йена. Это опасная миссия с далеко идущими последствиями, о которых они и помыслить не могут. Ибо Поппи – Избранная, Благословленная. Истинная правительница Атлантии. В ней течет кровь короля богов. Корона и королевство по праву принадлежат ей.Враг и воин…Поппи всегда хотела только одного: управлять собственной жизнью, а не жизнями других. Но теперь она должна выбирать: отринуть то, что принадлежит ей по праву рождения, или принять позолоченную корону и стать королевой Плоти и Огня. Однако темные истории и кровавые секреты обоих королевств наконец выходят на свет, а давно забытая сила восстает и становится реальной угрозой. Враги не остановятся ни перед чем, чтобы корона никогда не оказалась на голове Поппи.Возлюбленный и сердечная пара…Но величайшая угроза ждет далеко на западе, там, где королева Крови и Пепла строит планы, сотни лет ожидая возможности, чтобы их воплотить. Поппи и Кастил должны совершить невозможное – отправиться в Страну богов и разбудить самого короля. По мере того, как раскрываются шокирующие тайны, выходят на свет жестокие предательства и появляются враги, угрожающие уничтожить все, за что боролись Поппи и Кастил, им предстоит узнать, как далеко они могут зайти ради своего народа – и ради друг друга.И теперь она станет королевой…
Он просто был, маячил где-то на заднем плане.
– Знай, что он находит пребывание с нами не слишком приятным. Дорогая Илеана почти убедила его, что тебя тоже схватили, несмотря на его самопожертвование. Его крики ярости звучали серенадой.
Я стиснула зубы.
Его лицо приняло самодовольное выражение.
– Что? Тебе нечего сказать? Ты не спрашиваешь, как он себя чувствует? Не умоляешь? – Он склонил голову набок. – Не угрожаешь? Я ожидал от тебя по крайней мере угрозы после того, как Илеана так поэтически расписывала…
– Называйте ее настоящим именем, – перебила я. – Уверена, вы знаете, что она Избет.
Он прищурился.
– Она больше не Избет.
– И кем вы ее считаете? Илеаной, богиней?
– А ты как думаешь? – с вызовом спросил он.
– Я знаю, что бога создать нельзя. Она – всего лишь извращенная мешанина злобы и жадности.
– А себя ты чем считаешь?
– Настоящим богом, – ответила я так же ровно, как это сделал бы Кастил.
– И тем не менее ты не смогла ее одолеть? – Он холодно рассмеялся. – Может, ты и рождена от крови Никтоса, но ты и я – мы оба знаем, кто ты и чем ты всегда будешь. Девой, одна половина которой красива, а другая – катастрофа.
Я ничего не сказала. Я ничего не почувствовала.
Он опустил подбородок и приблизился.
– Тебе следует поступить так, как она предлагает. Она твоя мать.
– И тем не менее мне абсолютно наплевать. – Я удержала его взгляд. – Верите или нет, я явилась сюда не за тем, чтобы тратить время, оскорбляя Кровавую королеву.
Король Джалара резко вдохнул.
– Так ты пришла сдаться? Подчиниться?
– Я пришла, чтобы отправить послание Кровавой королеве.
Он так высоко вскинул брови, что я удивилась, как они не свалили его драгоценную корону.
– Послание? Я проделал весь этот путь в забытую богами глушь на краю Пустошей, чтобы забрать твое послание?
Я кивнула и под плащом переместила правую руку к левому боку.
– Должно быть, ты не в своем уме. Правда? – Король Джалара гротескно улыбнулся, обнажив клыки. – Единственное послание, которое я от тебя доставлю, – это весть о твоей покорности.
– Прошу прощения, я неправильно выразилась. – Я выдавила глупый смешок. – Послание – это ты сам.
– Что?..
Его извращенная улыбка застыла. Он метнул взгляд за мое плечо…
Киеран вырвался из тени и врезался в него. Король споткнулся и оскалился в рычании, но Киеран схватил его за руку, не пуская. Я выдернула меч из-под плаща и крутанулась, широко замахиваясь."
"Мало что за всю мою жизнь приносило мне столько удовлетворения, как ощущение того, как клинок входит в плоть короля Джалары, кость сопротивляется, а затем сдается с шокирующей легкостью. Клинок прорезал его горло и позвоночник, отделив голову от тела.
Я подняла взгляд на застывших рыцарей и потрясенного выходца.













