Коррида на раздевание
Это прямо индийское кино какое-то! Никогда не поверишь, что такое может случиться в реальной жизни. Живет себе бывший детдомовец Афанасий Рыбаков, учится, делает блестящую карьеру, строит планы на будущее, и вдруг – бац! Откуда ни возьмись объявляется его мамочка, Алевтина Кирпичникова, которая в доказательство родственных уз демонстрирует на своем животе родимое пятно в виде пчелки. Пятно, надо признать, точь-в-точь такое же, как на животе у самого Афанасия. Вроде надо радоваться, мать и сын нашли друг друга! Ан нет, что-то настораживает Рыбакова и заставляет его обратиться за помощью к детективам Евлампии Романовой и Максу Вульфу. Лампа приезжает в дом семьи Кирпичниковых, чтобы побеседовать с домочадцами и развеять сомнения молодого человека. Но там она становится свидетельницей внезапной и очень странной смерти Афанасия. Все признаки указывают на то, что Рыбакова отравили. Это уже не индийское кино, а настоящий английский детектив! Голова идет кругом! А тут еще Лампа где-то потеряла младенца, которого ее дочка Киса должна сдать в школу…
– Где Клавдия нарыла денег на дом? Почему мальчика с эпилепсией стерегла Жестянкина? Зачем его вообще охранять? По какой причине паренек с падучей оказался в санатории реабилитации детей с сердечно-сосудистыми проблемами? Что за кошка пробежала между Никитой и матерью?
– Пожалуй, на последний вопрос я могу дать ответ, – обрадовалась я. – Может, никакой кошки и в помине не было! Никите просто было неудобно из области ездить в столицу, вставать рано.
– Деревня, где живет Клавдия, находится в десяти минутах ходьбы от платформы, где тормозят все электрички, – пояснил Филипп, – до центра города парню всего четверть часа ехать. Хотя ты, вероятно, права. В Москве жить веселее, есть куда пойти, и парню хотелось иметь собственное жилье. Он был холост. Куда любовницу привести? К мамаше в село? Не всякая согласится в деревню ехать. Но даже если мы оба думаем в правильном направлении, то это не снимает остальных вопросов.
Я доела последнее печенье.
– У Ксении Трофимовны с Ритой состоялась предельно откровенная беседа. Они не подозревали, что кто-то подслушает их, сидя под окном. Маргарита зла на мать, которая отдала много денег ее брату, а тот пустил их по ветру.
Фил стучал пальцами по клавиатуре, а я продолжала:"
"– Рита в сердцах наговорила матери много гадостей, пообещала ей, что Жестянкина вот-вот явится к ней с требованием дани. Что, если средства на новую избу Клавдия получила от Розановой?
– За что? – не отрываясь от монитора, спросил Филипп.
– Медсестра знает некую тайну, ей заткнули рот денежным кляпом, – предположила я.
Мой собеседник взял телефон.
– Алло, медцентр? Добрый день. Моя мама после инсульта. Она ходячая, хорошо реабилитирована, но со странностями в поведении. Я прочитал, что у вас есть отделение, куда можно поместить такую больную. Надо на пятнадцать дней, я в отпуск уеду. Конечно, понимаю, оплата вперед. Нет. Вполне устроит экономвариант. Нет, она совсем не прихотлива, индивидуального меню не надо, прекрасно съест то же, что и остальные, никаких хлопот с едой. Отлично. Устроит. Есть проблема, она постоянно пытается убежать, поэтому нужна индивидуальная сиделка. В курсе. Видел. От цифры вздрогнул, но мама у меня одна! И отпуск не каждый месяц. В списке медсестер мое внимание привлекла Жестянкина. В ее биографии указана служба в психиатрической лечебнице. Если сейчас моя жена подъедет оплатить проживание, она сможет поговорить с Жестянкиной? Немного возраст женщины смущает, уже не юный. А-а-а, понятно. Тогда завтра. Спасибо.
Фил отсоединился.
– У Клавдии выходной, езжай к ней домой, попробуй вытащить из нее все что можно и нельзя.
– Дай ее мобильный, – попросила я.
– Секундочку, – протянул Филипп и схватил свою трубку.

















