Корсар

Первые три ступеньки стёрты от частой ходьбы и отчаянно просят ремонта. Да и сам подъезд обшарпанный и обветшалый какой-то, не спасают даже новые железные двери каждой из квартир.

“Господи, Ира, куда ты делась?” — молоточками в голове, когда миную один пролёт за другим. Подсознательно ожидаю звука шагов за спиной. И пусть тот мужчина показался абсолютно нормальным, но ведь никогда не угадаешь, кем может оказаться случайный прохожий — врагом, насильником или другом. Но в ответ на тревожные мысли — гнетущая тишина сонного подъезда."

"До пятого этажа добираюсь, запыхавшись, но это, скорее, от нервов, чем от физической нагрузки.

Подбегаю к заветной двери, попутно доставая из сумки телефон. Если соседки сказали, что Ира должна быть дома, буду заходить со всех сторон. Звоню в дверь, втопив палец в круглую кнопку, и синхронно набираю номер подруги. Может быть, МЧС вызвать? Пусть дверь вскроют, что ли? Не может она так просто пропасть, не в её это стиле.

За дверью, к моей радости, раздаётся звук неторопливых шагов, и приглушённый голос:

— Кто там?

— Ира! Это я, Ева! Открывай, пропажа.

Сначала ничего не происходит, и мне даже кажется, что померещилось, что не слышала знакомый голос, но всё-таки раздаётся лязг открываемых замков, и заплаканное лицо Иры показывается в образовавшемся просвете.

— Ева? Ты одна?

Она явно плакала, а ещё на голове — настоящее воронье гнездо. Признаться честно, никогда её такой не видела, потому несколько секунд стою, открыв от удивления рот, не сразу найдя, что сказать.

— Я так понимаю, спрашивать о твоих делах бессмысленно. — Указываю рукой на растрёпанные волосы и вообще, на весь унылый внешний вид.

И это моя Ира — отличница и хохотушка? Вот это всклокоченное создание, с опухшими глазами, красным носом и скорбным выражением лица?!

— Всё хреново, — заявляет, заталкивая меня в квартиру.

— Будешь вино?

— С самого утра, что ли, квасишь?

— Я ещё вчера вечером начала вообще-то, — заявляет, закрывая замки один за другим. — Я же не алкаш. Наверное.

— Ты вообще не алкаш.

— Знаешь, сейчас я в этом не была бы так уверена.

В её голосе столько тоски и печали, что впору начать рыдать прямо здесь, у порога, но я пока повременю со слезами. Пока не пойму, что произошло с ней и почему решила окопаться в квартире, заливая не пойми что вином.

— Ты не отвечала на звонки, на работу не вышла, родители в панике… так же нельзя. Что случилось?

— Ой, мне вообще сейчас не до чего! — отмахивается от моих слов и направляется прямиком в кухню. Наверное, снова заливать вином внезапные печали. С Петей, что ли, поругалась? — Разувайся, будем вместе тосковать. Ты ж моя подруга. Подруга, я спрашиваю?!

В её голосе — истерические нотки, которых никогда раньше не слышала, а в каждом слове — вызов не то мне, не то судьбе.