Корсар

Если она будет рядом, возможно, смогу удержаться от рокового шага вниз с обрыва?

И да, будь я проклят, но в глубине души хочу его увидеть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍38. Ева

Пока собирались, я набирала номер Иры, наверное, десятки раз, но так и не получила ответа. Механический голос твердил о недоступности абонента, а в груди сжимался предательский комок беспокойства. Куда она делась, никого не предупредив? На работу не вышла, родители в панике, сама трубку не берёт… странно это всё как-то.

До дома, где Ира снимает квартиру — совсем маленькую, но позволяющую чувствовать себя взрослой и независимой — доезжаем буквально за полчаса, и уже оказавшись у цели, выдыхаю, убеждая себя: с ней всё обязательно будет хорошо.

Запрещаю себе паниковать, потому что ни к чему хорошему это не приведёт.

Возле подъезда плотным рядком сидят вездесущие и всезнающие бабули, от орлиного взгляда которых ничего не скроется.

— Сейчас просто поднимусь и узнаю, дома ли она, — говорю и, встав на носочки, целую Роджера в щёку. — Я быстро, подожди меня пять минут.

— Если что, сразу звони.

— Да что там случиться-то может? Я быстро.

И не дав ему остановить меня, как слишком любит это делать, бегу к подъезду. Ему и без моей подруги проблем хватает, не нужно, чтобы ещё в это всё влезал. Да и боюсь, честно говоря, что Урод может быть сейчас у Иры, и тогда вообще непонятно, чем дело закончится. Нет-нет, пусть уж на улице подождёт, целее будет.

— Евочка, давно не виделись, — улыбается Марья Семёновна, соседка Иры сверху. — Давно ты в гости к подружке не забегала.

Старушки синхронно кивают, а я пожимаю плечами, мол, дела, дела.

— Не знаете, Ира дома?

Старушки переглядываются и одна, сидящая с самого края лавочки, говорит:

— Вроде бы дома. Но за дверью тихо, а жених её этот… хлыщ напомаженный… — при этих словах её передёргивает от возмущения так, что седой налакированный чубчик смешно подпрыгивает, — на рассвете ушёл. Я в окно видела.

Зоркий сокол какой. И не спится же ночами людям.

— Ладно, я пойду, до свидания.

— Пока, Евочка! Забегай к нам в гости, — прощается Лакированный чубчик, а её товарки спешно поддакивают.

Чудные бабули, почти безобидные. Даже, по слухам, не сильно-то кому и кости перемывают, больше свои греют на солнце. Ещё и полезными бывают временами, вот как сейчас.

Подхожу к лифту, жму на кнопку, но в ответ тишина.

— Не работает он у нас, третий день уж мастеров дожидаемся, — говорит мужчина средних лет, вошедший за мной следом в подъезд.

Украдкой осматриваю его с ног до головы, но он не кажется подозрительным или опасным, потому просто киваю, благодарю и направляюсь к лестнице, ведущей наверх.