Корсар

Вокруг собрались свободные от службы казаки – всё-таки не каждый день ногайца захватить удаётся.

Подошёл атаман, похлопал пленного по щекам.

– Слушай, атаман, а сколько он за боярина просил? – поинтересовался я.

– Сто пятьдесят рублей серебром.

– Лихо!

Пленный начал приходить в себя – приоткрыл веки, мутными глазами обвёл собравшихся, выкрикнул что-то, сел.

– Эй, как там тебя! Где кочевье Саид-мирзы?

Пленный отрицательно покачал головой.

– Не хочешь сказать, да?

– Режьте меня на части – не скажу.

– Думаешь героем к своему Всевышнему попасть? В сад с гуриями? Не бывать такому – я тебя сейчас в свиную шкуру заверну.

Глаза пленного забегали, вроде как он шкуру хотел увидеть. Для мусульманина это – позор.

– Ну так говори – где Саид пленного прячет?

– На кочевье.

– Уже хорошо. Он хоть цел?

– Ранен немного в ногу.

– Где кочевье?

Пленный замолчал и отвернулся.

– Тогда несите свиную шкуру, – распорядился атаман.

– Нет, не надо, я скажу! Кочевье – вверх по течению Карамыка. По левому его берегу, отсюда – четверть дня пути.

– Сколько там воинов?

– Вас всех перебить хватит! – зло сверкнул глазами ногаец.

– А вот это ты врёшь! – Атаман указал ногайкой. – Увести его в подпол!

Казаки подхватили пленного под руки и увели.

– Что делать будем, братья-казаки? – атаман обвёл взглядом собравшихся казаков.

– В набег! – дружно заорали казаки.

– Быть посему! Готовьтесь!

Казаки разошлись седлать коней.

Я ухватился за руку атамана.

– Дай и мне коня, я тоже с вами в набег пойду.

– Смерти ищешь? Ты хоть саблю-то в руках держал?

– Ты только коня дай!

– Ну хорошо, сам напросился. Тарас, дай ему коня.

Собрались казаки быстро. Не успел я проверить толком подпругу и подогнать под себя стремена, как прозвучала команда: «По коням!» Поднялся в седло и я.

Ворота уже открыли, и наш отряд в полсотни всадников выехал. Я держался сзади.

Казаки ехали строем по трое, а мне приходилось глотать пыль за колонной. Но они знали местность, и в этом было их преимущество.

Мы добрались до ручья, где я пленил ногайца, повернули налево и по тропе вдоль ручья поднимались вверх около двух часов. Затем по известным только казакам приметам свернули ещё раз влево. Теперь путь наш пролегал между невысокими холмами. Из разговоров казаков я понял, что впереди– ещё час-полтора скачки.

Казаки впереди оживились, стали показывать вправо руками.

Вдалеке, на одном из холмов, стояли двое конных. Дозор, не иначе! Потому и уйти успевают ногайцы из кочевья.

Поворот, ещё один – и перед нами открылась неширокая равнина. Впереди стоят рядами юрты, поднимаются дымы костров. Справа, в полуверсте пасётся стадо овец, лежат верблюды. И далеко впереди – пыльное облако. Ушли ногайцы, не догнать.