Кошки-мышки

— Отчего же вы не последовали примеру своих друзей? — спросил Холмс, чтобы поддержать разговор.

— Почему я не пошел работать в банк? — Паренек наморщил нос. — Мне хотелось чего-то другого. Я изучаю журналистику. С чего-то ведь надо начинать, верно?

Воистину так, подумал Холмс, переворачивая еще одну страницу.

* * *— Начало положено. — Маккол встал из-за стола."

"Участники ланча побросали мятые салфетки на сбившуюся скатерть. Белоснежная в начале трапезы, теперь она была усыпана хлебными крошками и покрыта винными, масляными и кофейными пятнами. Поднимаясь со стула, Ребус чувствовал себя сытым и пьяным. Язык отяжелел от вина и кофе. А еще коньяк… Все эти люди утверждали, что собираются продолжить рабочий день. И Ребус тоже. На три часа он, кажется, назначил встречу Холмсу? Однако уже начало четвертого. Бог с ним. Холмс не обидится. Пусть только попробует, угрюмо сказал про себя Ребус.

— Весьма недурственно. — Карью ощупал свою талию. Ребус не понял, идет ли речь о еде или о поясе Карью.

— А главное, мы обсудили почти все основные пункты, — вставил Уотсон.

— В самом деле, — согласился Маккол. — Очень полезная встреча.

Эндрюс настоял на том, что счет оплатит он. По прикидке Ребуса получалась хорошая трехзначная цифра. Теперь Эндрюс внимательно изучал каждую строчку поданного ему официантом листка, словно сверяясь с собственным мысленным прайс-листом. Не просто бизнесмен, подумал Ребус, но истинный шотландец. Подозвав стремительного метрдотеля, Эндрюс указал ему, что одна из позиций завышена. Тот поверил ему на слово, достал ручку, исправил счет и принес самые искренние извинения.

Зал начинал пустеть. Приятный час для посетителей «Эйри» истек. Ребус вдруг почувствовал себя виноватым. Они поели и выпили фунтов на двести. На его долю, следовательно, приходилось около сорока. Впрочем, за другими столиками некоторые провели время еще веселее и теперь выходили из зала, смеясь и громко разговаривая. Сигары, анекдоты, красные лица. Маккол положил свою фамильярную лапу Ребусу на плечо и кивнул в сторону выходящей публики.

— Если бы на всю Шотландию осталось всего пятьдесят тори, все они были бы здесь, Джон.

— Согласен, — ответил Ребус.

Услышав их разговор, Эндрюс отвернулся от метрдотеля.

— А я полагал, что в Шотландии и осталось не больше пятидесяти тори.

Снова эти спокойные, самоуверенные улыбки. Я ел пепел вместо хлеба, подумал Ребус. Пепел вместо хлеба. Со всех сторон его окружал красный пепел сигар, и ему показалось, что его вот-вот стошнит. Но тут Маккол покачнулся, и Ребусу пришлось поддерживать его, пока он снова не обрел равновесие.

— Немножко перебрал, Томми? — спросил Карью.

— Здесь просто душно.