Космический рейдер «Нибелунг»

Атмосфера сейчас служила единственной защитой пехотинцев и поэтому большую часть разгона ботам предстояло совершить именно в ней.

По замыслу штаба им предстояло лететь, пока плотности воздуха хватает для работы двигателей в воздушно-реактивном режиме. Затем они должны будут перейти на ракетный режим и выскочить на орбиту уже за пределами действия орудий эсминца. Для эффективного огня у противника останется узкая полоса на верхней границе мезосферы и короткий момент, когда цель ещё находилась в прицеле, а снаряд способен нанести поражение, превращаясь в струю раскаленной плазмы, но не рассеиваясь мгновенно.

Все на мостике затихли в ожидании кульминации, даже доклады о второстепенных событиях прекратились. Спутники и собственные сенсоры «Нибелунга» выдавали на экран синтезированное изображение вполне приличного качества. Четыре десантных машины с пехотинцами, пленными, с леди Далией и освобожденными заложниками; с украденными из Ледяного замка финансами и секретами, поднимались все выше и выше пока, наконец, не достигли критической зоны.

— Эсминец отключил маршевые двигатели и маневрирует корпусом, — сообщил Вебер из ОКП.

И вот он открыл огонь из пяти осевых стволов. Огненные стрелы, точно метеоритный поток, начали рвать пространство среди группы взлетающих ботов. Избежать попаданий в такой ситуации сложно — траектория предсказуема, маневр ограничен. А энергия слишком велика, чтобы даже штурмовая броня могла выдержать удар.

Пилоты развернули машины, поставив под огонь противника теплозащиту. Разрушаясь она спасала от разрушения основную конструкцию ботов.

— Им главное уйти, — произнес Ивор, ни к кому конкретно не обращаясь.

Морпехи рассуждали точно так же. Поэтому жертвовали всем, что уже не требовалось для последнего рывка к рейдеру. Сперва одна, затем вторая машины получили повреждения крыльев. Кажется некоторые из них просто оторвало. Но траектория полета уже приближалась к орбитальной, а двигатели продолжали работу, поддерживая нужный угол атаки.

Низкая орбита, на которой не летают даже спутники, постепенно уводила боты из под обстрела, пока эсминец не ушёл за горизонт, а прямо по курсу на экранах радаров не обозначился «Нибелунг». Вражеский огонь прекратился.

— Что-то не так, кэп, — сообщил Райт.

Он увеличил изображение и стало заметно, что один из четырех ботов пропустил очередную коррекцию курса и шел с превышением траектории.

Превышение означало постепенную потерю скорости. А потеря скорости…

— Связь, Дастис, дайте мне Браво-один.

— Связи нет, сэр, возможно поврежден передатчик.

На мостике, в ОКП и в штабе планетарных операций молча наблюдали, как один из ботов все больше отдалялся от основной группы.