Космоэколухи

 – Мы только притворимся, что сдались, и будем выжидать удобного случая.

– Какого?

– Попытаемся послать сообщение либо со станции гашения, либо из точки назначения, либо когда нас наконец отпустят.

– Но тогда мы теряем груз, – напомнил Вениамин. – И становимся вне закона.

– Думаю, закон нас простит. За такую-то добычу взамен.

Доктор укоризненно посмотрел на друга, и Станислав тоже вспомнил анекдот про пойманного медведя, который и сам не идет, и охотника не пускает.

– Ничего страшного пока не случилось, – как можно тверже сказал капитан, понимая, что сейчас важнее не измерять глубину задницы, в которую они угодили, а дать команде уверенность, что они оттуда выкарабкаются.

А желательно и указать направление. – Казак нам, кажется, поверил, и пока мы будем подчиняться его приказам, нас не тронет. Представьте, что это самый обычный рейс.

– С самой обычной миной? – тонким жалким голосом пошутила Полина.

– Что-нибудь придумаем, – пообещал Станислав.

Михалыч, который все это время задумчиво смотрел в стенку, будто пытаясь телепатически уговорить мину отвалиться, внезапно встрепенулся и принялся что-то объяснять на невнятно-техническом языке, оживленно жестикулируя.

– Можно попробовать засечь и скопировать сигнал, который посылает «Шайтан», – перевел навигатор. – Если удастся его воспроизвести, то мы перестанем зависеть от ролкера.

– Отличная идея, Михалыч! Действуй, – с энтузиазмом одобрил Станислав. Даже если не выгорит, у техника появится дело, а у остальных – надежда. – Видишь, Полли, уже придумали. Не бойся.

– Я не боюсь, – еще жалобнее соврала девушка. – Просто у меня немножко живот крутит. Наверное, съела что-то несвежее.

– Пошли подберем тебе что-нибудь от… живота, – благородно подыграл девушке Вениамин, уводя ее в медотсек.

– Дэн, тебя сменить или до утра подежуришь? – обратился к навигаторскому креслу Станислав.

– Подежурю. – В боевом режиме киборг мог неделями обходиться без сна, ограничиваясь пятиминутными «выключениями» два раза в сутки. Да и в обычном ему требовалось всего три часа, плюс-минус двадцать минут в зависимости от рабочей нагрузки. На транспортнике Дэн привык ложиться и вставать вместе с людьми и не то чтобы обленился – обнаружил, что чувствует себя гораздо лучше.

Именно себя – оборудование и так работало без проблем. Но сутки бодрствования рыжий все равно переносил гораздо легче человека.

– А мне что делать? – встрепенулся Теодор.

– Спать, – устало приказал капитан. – Тебе завтра корабль вести. Черт-те куда и сколько.

– Как-нибудь проведу, что там сложного-то – на чужом хвосте висеть.

– Иди-иди. Если вдруг представится возможность улизнуть, ты мне нужен бодрый и собранный, а не «какой-нибудь».