Костюм Адама для Евы

– Ну, нравится тебе у меня в гостях? – с вызовом поинтересовалась Скворцова.

– Тесно у вас, – вздохнула я, – и окна в потолке не слишком удобная вещь.

– Зимой снегу навалит, в комнате совсем темно делается, – произнесла Вера, – электричества на большие деньги нагорает. Бывший муж постарался, отомстил нам с дочкой по полной. Я никуда утром не ездила. Алину одну оставить невозможно, даже в булочную не сбегать. Родственников у нас нет, денег на няню тоже. Да и никто не хочет с Алиной сидеть, как ее увидят, уходят. Одна, правда, согласилась… за пять тысяч долларов. Хватило совести у бабки сюда войти и нереальную сумму запросить. Машину я у Кати брала. Но только чтобы к Григорию Гудкову съездить. И идея к нему отправиться Катина. Я не хотела, но она настояла.

– Как же вы на работу уходите? – изумилась я. – Алину в садик отдаете?

Вера усмехнулась.

– Таких, как моя дочь, к обычным детям не возьмут. Для нас два варианта – коммерческое или особое муниципальное заведение. В первом хорошо, там питание нормальное, педагоги внимательные, одна беда – цена. У меня даже близко столько нет, сколько там хотят. А в городской центр очередь на годы, Алина состариться успеет, пока ее в группу запишут. Я пыталась дома работать, на компьютере, сайты делать, но заказов нет. Живу вся в долгах, впору из окошка сигануть, да оно в крыше, мне не долезть. В общем – повсюду облом. Чаем угостить не могу – нету. И хлеба у нас полбатона до пятницы осталось. Получу Алинкино пособие, затарюсь пшеном.

Я проглотила колючий комок, подступивший к горлу.

– Неужели вам подруга не может помочь?

Вера подошла к полкам, взяла толстый блокнот и подала мне.

– Вот, читайте. Там до копеечки записано, сколько я должна Катюше. Куда ж еще брать?

– Одевайте Алину, – решительно приказала я, – пойдем в магазин и купим продуктов.

– Нет! – уперлась Скворцова. – Пусть я нищая, но милостыню не прошу. Катерина мне не посторонняя, а вас я не знаю. Спасибо за предложение, но нет. Я найду работу. Просто мне пока не везет. Катя сказала…

Вера замолчала.

– Что предложила Катерина? – спросила я.

Скворцова опустила голову.

– Ну… это неинтересно. Григорий умер, рассчитывать мне вообще не на кого. Я, когда к Гудкову ехала, думала, хорошая идея подружке в голову пришла. А позвонила в дверь и испугалась: что я ему скажу? Да он и не поверит, что Алинка его дочь, выпрет меня со скандалом. И вдруг женщина дверь распахнула. Извините, я нахамила вам от растерянности – как-то не подумала, что Григорий не один живет. И зачем я туда поперлась? Назад ехала и так плакала, что даже Алинка балбесничать перестала, сидела тихо. А она молчит, только когда ест. Ох, я дура! Вам бы вот понравилось иметь дочку с больной головой? Только честно!

– Не знаю, – смутилась я.