Кот, который играл в слова

– Тейт вкладывал всю душу в коллекцию нефриту – сказал Квиллер, – Мне очень не по себе из-за этого грабежа.

– Такое, – надменно сказал Орекс, – случается, когда нанимаешь прислугу по дешевке: Когда был в живых папа, мы всегда настаивали на дворецких-англичанах и горничных-ирландках. У моей семьи тогда водились деньги. Теперь мы выезжаем на наши связях. И я держу на Ривер-стрит лавочку, которая помогает мне отгонять от порога призрак нищеты.

– Я хотел бы как-нибудь вам позвонить, – сказал Квиллер. – Я ищу сюжет для своего журнала.

– Откровенно говоря, я сомневаюсь, что ваши читатели до меня дозрели. Я специализируюсь на Организованном Уродстве, а это искусство – не для толпы. Но что ж, пожалуй! Вы можете найти это занимательным.

– Кстати, кто такой Жак Буланже, о котором тут только что говорили?

– Буланже? – Брови у Орекса поднялись чуть повыше. – Он делает интерьеры семьям Даксбери, Пенниманов и всем другим старинным семействам с Тёплой Топи.

– Должно быть, он мастер своего дела.

– В нашем бизнесе, – сказал дизайнер, – успех не является показателем высокого качества… Чёрт возьми! Да у вас нечего выпить! Принести вам что-нибудь из бара?

Но Квиллера интересовал вовсе не бар, а буфет. Столы в буфетной были уставлены икрой, креветками, гренками с сыром на подогретых блюдах, маринованными грибами, фаршированными артишоками и пряными фрикадельками в укропном соусе. В третий раз загрузив свою тарелку, он заглянул на кухню и увидел большую духовку из нержавеющей стали, температуру которой поддерживал повар-японец. Заметив журналиста, повар кивнул ему, Квиллер ответил легким поклоном

Тем временем в буфетную ввалился какой-то неуклюжий здоровяк с шишковатым лицом; склонившись над столом, он принялся швырять себе в рот лакомые кусочки, орошая их глотками виски с содовой.

– По нраву мне эти ребятишки дизайнеры эти – сказал он репортёру. – Они меня таскают на все свои вечеринки. Но вот как они зарабатывают на жизнь – это выше моего разумения. Они живут в мире снов. Сам я бизнесмен – около дюжины предприятий за год – и каждый вклад у меня окупается. Я не ищу шумных развлечений – в отличие от этих ребяток. Вы понимаете. Вы ведь из газеты, верно?

– Джим Квиллер из «Дневного прибоя».

– Ваша братия, газетчики, – славное племя. Вам положено обеими ногами на земле стоять. Я знаю тьму журналистов. Знаю главных редакторов обеих наших газет, знаю спортивного редактора «Прибоя» и вашего финансового обозревателя. Все они бывали у меня в охотничьем домике. Любите охоту и рыбалку?

– Я мало в этом смыслю, – сказал Квиллер.

– По правде-то мы все просто посиживаем за бутылкой и палим в воздух. Вы должны как-нибудь подъехать и составить нам компанию. Кстати, я – Гарри Нойтон.