Край земли. Затерянный рай
«Метро 2033» – Дмитрия Глуховского – культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж – полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают Вселенную «Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности на Земле, почти уничтоженной ядерной войной, превосходят все ожидания. Теперь борьба за выживание человечества будет вестись повсюду!Группа ученых, исследующая природу геологических катастроф, еще не подозревает, что ей предстоит столкнуться с катастрофой более чудовищной и разрушительной, нежели вулканы. К тому же, катастрофой рукотворной – ядерной войной. Спустя годы после этих событий три вулканолога вынуждены выживать в райском уголке, затерянном среди ужасного нового мира, созданного последней войной человечества. Условия жизни здесь, на краю земли, весьма благоприятные. Но людям тяжело отпустить прошлые обиды, поэтому иностранным исследователям приходится скрывать свое происхождение. Община выживших Камчатки едва ли пощадит итальянца и уж тем более американку, а так же соотечественника, что их покрывал, когда правда перестанет быть тайной. Но никто из них не подозревает, что иной, беспощадный враг готов запустить свои когти каждому из выживших в глотку, невзирая на национальность жертвы. И никому неведомо, что скрывает в себе удивительная Камчатка и как сама природа жаждет ознакомить людей со своей силой.
Одни женщины потрошили свежую рыбу, удаляя внутренности и жабры, чтобы заготавливаемое на зиму мясо не горчило, другие ее солили, третьи промывали в воде после настаивания в соли и передавали Цою, который, облизываясь, укладывал рыбу в коптильне.
– Ах, пахнет-то как, зараза! – радостно воскликнул Александр, вынимая закопченную рыбу и развешивая на натянутом между парой деревьев тросе.
Весь ритуал уже собрал паломников со всей округи. С десяток собак заискивающе виляли хвостами, жалобно скулили и облизывались, согнанные сюда чарующим и соблазнительным запахом, разносящимся по округе.
– О, ну как же без вас! – засмеялся Цой, увидев во главе собачьей стаи двух здоровенных дворняг, которых знал весь Приморский, да и Вилючинск тоже. Черная крупная сука с белым носом и белой нижней челюстью имела кличку Злая. Ее неизменным спутником был похожий на овчарку вечно взъерошенный рыжий кобель с обвисшими ушами, по прозвищу Гуляш.
– Топайте отсюда, – Александр махнул рукой. – Собаки рыбу не едят.
– Зато корейцы едят собак, – засмеялись женщины. – Бегите, псины! У нашего Саньки аппетит от запаха копченостей тоже разгулялся!
Цой предупредительно поднял палец и погрозил им смеющимся женщинам.
– Полегче, дамы! Я русский кореец! Я не ем собак! – затем покосился на животных и добавил: – В основном…
Снова раздался смех.
Женщины бросили питомцам общины рыбьих потрохов, но те презрительно зафыркали и продолжали облизываться, глядя на развешенную копченую рыбу.
Не выдержав душераздирающий взгляд собак, которым они могли бы вымолить и у камня еду, Цой все-таки бросил им несколько свежекопченых рыбин, после чего громко заорал на животных, грозя, что больше они ничего кроме пинков не получат.
– Так, ладно, о чем я там рассказывал?
– Да сказку очередную!
– Никакую не сказку, – возразил Александр. – Все так и было. Стою я, значит, в реке. Воды по грудь. И бурлит вся. В тот год лосося на нерест пришло столько, что многие прям по спинам сородичей прыгали против течения. Картина была, я вам доложу, просто зомбиапокалипсис. Хотя нет. Рыбоапокалипсис! И вот стою я в воде, хватаю горбушу и Захару передаю. Тот в лодке сидит и принимает.
– Она ведь и так бурлила!
– Да, но тут она еще больше забурлила. И выныривает чудище! Лосось здоровенный, как кашалот! Медведь аж окосел от счастья, увидав такую добычу.
Подборки для вас
Шпионские детективы
Все книги →
Исторические любовные романы
Все книги →
Похожие книги
Лихие. Депутат
Мертвые хризантемы
Шевалье
Смех Циклопа
Нам с тобой нельзя
