Красавица

Даже если это будет означать, что она упустит возможность насладиться чудеснейшими блюдами роскошного ресторана. Даже если ей тогда и самой придется примкнуть к какой-нибудь женской организации. Иметь что-то общее с членами общества Львиных Чертогов было плохой идеей. Они опасны. Не такие как все. Что-то темное и жуткое происходит везде, где они появляются.

И наиглупейшая глупость думать иначе.

Селина была решительно настроена делать то, ради чего она сюда прибыла. Начать новую жизнь, такую, какую и подобает вести юной особе. Отыскать подобающего молодого человека. И завести с ним много детишек, как и подобает.

И на этом все.

Селина снова печально вздохнула.

Ее собственная ложь начинала оставлять горький привкус на языке.

Как там говорил ей всегда отец?

«Чтобы научиться ценить сладкое, нужно сначала испробовать горькое».

И сегодня вечером Селина, очевидно, должна сделать именно это.

Зима, 1872Собор Сен-ЛуисНовый Орлеан, ЛуизианаТебе, должно быть, интересно, откуда в моем сердце столько ненависти.

Как сказители сказок говорят обычно, это долгая история. Длиной в несколько сотен лет, на самом-то деле.

Она начинается, как и многие другие, с утерянной любви и разбитого сердца.

Я могу потратить часы напролет, рассказывая тебе о своих потерях. О том, что пережили такие, как я. Как клятвы Другого мира рассеялись, словно песчинки на смертной земле, ставя под вечную угрозу наши жизни. Это, как говорится, скандальное дело среди нашего народа.

Так как вопрос нашего выживания давно стал яблоком раздора."

"Когда-то существа Другого мира жили под тем же очаровательным небом, но скрытые за завесой от мира людей. Те из нас, кто пировал при свете дня, жили в сияющих лесах долины Сильван Уайль, места вечной весны, где воздух всегда окутывало золотое солнечное тепло.

Рожденные же в ночи обитали в Сильван Вальд, мире бескрайней ночи, украшенной ледяными звездами.

Однако все это было до того, как наши старейшины совершили первородный грех. До Изгнания.

Теперь подобные мне существа живут между светом и тьмой, без места, которое могли бы назвать родным домом. Без корней. Без родственных уз. Одни.

За грех наших предков нас прокляли бродить в тени человечества. Вскоре, как обычно случается, началась и война, разделившая нас на Падших и Братство.

Веками знания о нас разносились по всему миру. Человечество дало нам много имен, нам, бессмертным жителям ночи: одержимые, вепри, дампиры, морои, неупокоенные, восставшие, ликан-тропы, алука, вурдалаки, ламия…

Имя, которое чаще всего используют жители Нового Орлеана, – вампиры, и неважно, что это слегка неверное наименование, ибо не все среди нас питаются исключительно кровью других. Для Братства это имя не что иное, как оскорбление. Для Падших – великая честь.