Красавица
1872 год. Семнадцатилетняя Селина сбегает из Парижа и отправляется в Америку. Она находит приют в женском монастыре Нового Орлеана. Поиски работы приводят ее в заведение «Львиные чертоги», которым владеет загадочный юноша Себастьян.Селине кажется, что все испытания остались в прошлом. Но накануне ежегодного карнавала город взбудоражен жестокими убийствами. Когда в «Львиных чертогах» находят тело девушки из монастыря, подозрения падают на Селину.Теперь ей нужно раскрыть мрачные тайны Нового Орлеана, чтобы спасти свою жизнь.
Она не принесла с собой ничего, помимо проблем, что и доказала несколько дней назад, во время визита Майкла в монастырь, когда она попыталась соблазнить их обоих. Глупая попытка, которая по всем правилам должна была провалиться.
Увы, но не провалилась. Она словно сковала Бастьяна каким-то магическим заклинанием на расстоянии. Как будто ему сказали не думать о красном цвете. И теперь он видел все вокруг в ярко-алых тонах. На рассвете и на закате. В каждом дрожащем цветке. В прозрачном бокале с вином.
«Все всегда заканчивается кровопролитием».
Бастьян и без того мог потерять слишком многое.
– Я обязательно поговорю об этом деле с отцом завтра же, – пообещал Эш с акульей улыбкой.
Бастьян ответил на это не менее неприятной улыбкой.
– Замечательно. Тогда предлагаю вернуться на твердую землю и заказать порцию лучшего sole meunière[88] в городе, а также бутылочку холодного вина Chateau d’Ygeum.
Арт довольно завыл на небо, пока своей пьяной походкой пытался добраться до спусковой платформы, расположенной вдоль строения, а Фобос следовал за ним по пятам.
Эш же замер на месте на секунду.
– Только вот что… – он дернул Бастьяна к себе, схватив за руку, отчего злость вскипела в груди Бастьяна и обожгла глотку, – …я знаю, что мой отец не особо чтит некоторых твоих… коллег.
Удивление тут же остудило гнев Бастьяна, прокатившись холодной волной по позвоночнику.
Поэтому он вопросительно вскинул брови.
– Ой, да ладно, Бастьян, ты же знаешь, о чем я говорю, – продолжал Эш.
Бастьян улыбнулся еще шире. Похоже, его желание пролить этой ночью кровь может тоже сбыться сегодня.
– Не имею ни малейшего понятия, какие мои коллеги беспокоят твоего отца. Тебе следует говорить поточнее. – Его голос становился тише с каждым словом, и конец фразы прозвучал не громче шепота.
– Люди вроде Джея Баллона Альберта не могут вести у всех на глазах бизнес с китайцами и ниг…"
"Бастьяну понадобилось меньше секунды, чтобы вытащить свой револьвер из-под сюртука. Он прицелился до того, как Эш успел сделать вдох.
С запозданием реагируя, Эш застыл с раскрытым ртом и лениво моргнул.

















