Красавица и ее чудовище

Арацельс тем временем отправил к праотцам еще одного рыцаря в лазурных доспехах, и его поредевшие товарищи стали вести себя более осторожно. Они увеличили разделяющее их с чужаком расстояние, не выпуская при этом гостя из поля зрения. Хлысты перестали мелькать в воздухе, зато вновь активировался арсенал метательных ножей. Этого добра у любого уважающего себя четэри было предостаточно, не говоря уже о тех жителях Срединного мира, которые шли в бой.

Смерть почти достиг цели, когда внезапная тишина заставила его остановиться. Она длилась всего миг: гулкий удар сердца, быстрый поворот головы, один-единственный взмах ресниц, и… легкий ветерок на том месте, где только что была Мая.

Девчонка пропала, и Хранитель невольно покосился на свою сжавшую пустоту руку, в которой всего мгновение назад лежали ее теплые пальчики. До его слуха вновь долетел протяжный свист оживившихся хлыстов, но на этот раз привычная мелодия боя словно бы сбилась с ритма, насторожив мужчину. Он вскинул голову и обомлел, уставившись на друга и его противников. Слишком далеко, чтобы ринуться на помощь и успеть… слишком поздно, чтобы использовать магию. Слишком… глупо, чтобы быть правдой.

Что можно увидеть за несколько коротких секунд? Плеть, тугим кольцом сдавившую бледную шею. Смазанное движение с голубым следом от доспехов… Или победно сверкнувшее лезвие ножа, направленное в грудь застывшему словно статуя противнику. Не удар, но угроза. Осторожная и недоверчивая, пока имеется опасность подвоха. Детали… все это были детали к самой нелепой картине, которую Четвертый Хранитель не мог воспринять как реальность. Арацельс просто стоял, позволяя себя убивать… убивать на траурном пиру Старухи с косой, которая только что собрала урожай из десятков душ.

Потому что все, находившиеся под его демоническим контролем, погибли. Все до единого.

Но что же мог засечь взгляд за такой короткий промежуток времени? Многое!

Она возникла из воздуха и застыла метрах в пяти от охранников. Маленькая фигурка в кожаной одежде. Ее короткие волосы стояли дыбом, пряча в своем серебре острые лисьи уши. Шерсть на хвостах топорщилась, а широко раскрытые глаза стали совсем светлыми, почти белыми.

Неуловимое движение – и там, где только что находилась кровница, опять осталась пустота. Следующим местом ее появления оказалась спина четэри, покусившегося на жизнь Первого Хранителя. Легкое и на удивление быстрое скольжение коготка под ткань одежды – и в подарок на шее оставлена смертельная метка. Все произошло так быстро, что воин не успел среагировать вовремя. Какие-то доли секунды длиной в половину удара сердца. Он дернул плечом, пытаясь скинуть неожиданную ношу, но той уже и след простыл.