Крематорий
Лучший боевик тайной антикоррупционной организации «Антикор» Андрей Ларин получает задание выяснить, что же происходит в одной из российских областей. Тамошний губернатор Радьков затеял какую-то странную возню в местном заповеднике. Лес опыляют с самолетов неизвестным химреактивом – якобы против клещей, на которых препарат, впрочем, совершенно не действует. А когда один из самолетов вдруг разбивается в лесу при странных обстоятельствах, руководство области спешит замять это происшествие… Руководство «Антикора» подозревает, что Радьков и его люди готовят некую крупномасштабную акцию, крайне опасную для жизни и здоровья местного населения. Ларин берется за дело – и сразу же чуть не лишается жизни…
За его спиной маячили двое младших офицеров в форме МЧС.
– Войти можно? – хрипло спросил полковник.
– Смотря зачем... Входите, – посторонился Ларин.
– В коридоре подождите, – бросил Точилин офицерам, шагнул в номер и прикрыл за собой дверь.
Он смотрел на Андрея глазами побитой собаки, затем хрипло выдавил из себя:
– За внучку тебе спасибо, Танечку. Небось и не знал, чья она. Может, знал бы, и спасать не стал бы, а?
– А ты как думаешь, полковник? – перешел на «ты» Ларин.
– Я теперь и не знаю, что мне вообще думать. Мир перевернулся, фотограф. Дочку свою сегодня опознал в морге – по колечку, которое ей на двадцать лет подарил.
"Андрей молчал, знал, что никакие слова сейчас не нужны. Любое сочувствие прозвучит фальшиво. Ведь это Точилин потерял близкого человека, а он, Ларин, остался жив-здоров. Полковнику трудно было говорить. Его слегка пошатывало. Стало понятно, что он немало выпил.
– Я не за жалостью к тебе пришел. И не думай, что я пьяный. Да, полторы бутылки засадил. Но голову мою сейчас никакой хмель не берет.
– Верю, – глядя в глаза Точилину, ответил Андрей.
– Не знаю, кто тебя послал по мою душу: бог или дьявол? Но перевернул ты все в ней. Я с ума не сошел. Ты, фотограф, не переживай. Свои полмиллиона ты получишь. Я к Радькову сегодня ездил, про это и говорили, а потом я всех их на хрен послал. Больше я не с ними, но вины с себя не снимаю...
Ларин слушал рваную речь полковника. Понимал, что и в самом деле не водка прочистила ему мозги – это теперь надолго, если не навсегда.
– А сейчас ты вместе со мной поедешь. Ни на шаг от себя не отпущу.
– Почему?
– Убить тебя хотят, слишком много ты знаешь. И я им этого не позволю. У нас на базе в офицерской гостинице поселю. Туда у них руки не дотянутся.
– Спасибо за предупреждение, но это лишнее.
– Не спорь со мной. Ты в нешуточное дело влез. Живым тебя из него не выпустят. Сам не поедешь, силой увезу. Видел моих молодцов?
– Видел, серьезные мужики, – признался Андрей.
– Не пойму я тебя. – Точилин смотрел на собеседника, словно пытался проникнуть ему в голову.
– Чего уж меня понимать? У всех есть свои слабости. Как-нибудь потом, бог даст, все тебе, полковник, объясню.
– Так сам едешь, или ребят моих звать? – спросил Точилин. – Оставить тебя ну никак не могу. Убьют и никто не поможет, концов не найдут.
– Уговорил, полковник, еду. Вот только собраться надо и переодеться.
– Что ж, я подожду. – Точилин опустился на диван.
Ларин зашел в спальню. Маша, сидя на кровати, прошептала:
– Ты уверен, что поступаешь правильно? Может, это ловушка?
– Не похоже.
