Криптум

Я подумал, а не похож ли в некоторой степени гейс, навязанный ему и Райзеру Библиотекарем, на эту мою мутацию.

Захотелось сравнить его ощущения и мои, но каюта была пуста.

Я глотнул воды.

В течение нескольких минут я как будто слышал голос у себя в голове, не мой, не моего прошлого или какого-либо будущего «я». Он, казалось, обладал немалым знанием – но бесполезным для меня. Это знание принадлежало другим, из очень далекого далека сущностям, для которых жизнь и смерть не имеют никакого значения, для которых свет и тьма сплетаются в одно, где два кулака времени разжались, а потом сомкнули вместе пальцы, и потому ничего не менялось и никогда не изменится.

Конечно, это имело мало смысла. Позднее даже одна мысль об этом вызывала у меня отвращение.

Дидакт зашел ко мне, проверил мои конечности, постучал по груди, погудел что-то себе под нос над моим распростертым телом. Я предположил, что он назовет мутацию неудачной. Я себя не чувствовал Предтечей – ни молодым, ни старым.

– Радуйся, – сказал он. – Ты не становишься воином. Не полностью. Это еще впереди.

– А кем я становлюсь? – спросил я.

Если я останусь жив, то мне нужно будет знать, куда приложить свои силы, какая каста примет мое невероятно изуродованное тело.

– Через некоторое время ты почувствуешь голод, – сказал он. – Корабль предоставит тебе специальную еду. Когда будешь готов, приходи ко мне в командный центр. Нам нужно спланировать, как подойти к сан’шайуумам.

– А когда у меня будет доступ к домену? Когда я получу твое знание?

– Потенциал для этого уже есть, строитель. Но ты не спеши.

Я кое-как доковылял до командного центра. Чакаса и Райзера там уже не было. Я подумал, что Дидакт, вероятно, запер их, пока я был выведен из игры.

Он стоял прямо перед звездным небом. Широкий округлый пол командного центра выпростал над собой ряд инструментов, которые я не мог распознать сразу. Один из них, как выяснилось, имел целью передать мне специальную еду.

Дидакт показал, не глядя на меня. Я сел и поел.

Ел я много. И тут начался второй раунд боли, но теперь мне уже не позволили уйти и отлежаться. Началась работа.

Глава 17

Насытившись, я надел броню. Мое самочувствие постепенно приходило в норму. Броня потребовала некоторой регулировки, чтобы быть впору моему новому, более крупному телу.

Маленькая голубая женщина в глубине сознания все еще присутствовала, но вроде не хотела общаться со мной. Приходилось закапываться глубоко, чтобы хотя бы найти ее. Мне казалось, что моя броня обвиняет меня.

Дидакт изучал меня, моргая медленно, с достоинством. Он поменял свое положение на полу – вернулся к созерцанию неподвижных звезд.

– Броня сломалась, – сказал я.

– Ты изменился. Анцилла знает это, но больше не будет нянчиться с тобой. Ты уже не манипуляр.