Кристмас

– Пусть покажет свои гребаные ноги! – срывая голос, заорал Бакунин.

– Да ради бога. Или ради черта, как угодно. Смотри! – засмеялся Борис и сдернул с колен истрепанный клетчатый плед.

Взору присутствующих открылись синие тренировочные спортивные штаны и мягкие войлочные тапки.

Однако Сергей всем своим видом показывал, что этот аргумент его не убедил. Видя это, инвалид закатал штанину и продемонстрировал тощую волосатую ногу с бледной кожей. На этом конфликт был исчерпан.

* * *Когда они вошли в столовую, то увидели сидящего за столом Аникеева в заиндевелом тулупе.

Борис куда-то пропал, и его исчезновения никто не заметил.

В комнате повисло гнетущее молчание. Аникеев опрокинул в себя полный стакан водки, но закусывать не стал, а лишь сморщил кончик носа.

– Я знаю, что это за пистолет, – яростно зашептала Женя в ухо Бакунина. – «Беретта» директорская. Видела, как он этим стволом перед Мариной хвастался. С другим не спутаешь.

– Откуда у вас это? – спросила девушка, указав на оружие.

Андрей Андреевич помолчал немного, потом нехотя произнес:

– Я собираюсь разобраться с этим уже давно, но ничего не получается.

– Что не получается?! – с подозрением поинтересовался Максим.

– Я даже точно не могу сказать, что случилось с вашей подругой, – продолжал монотонно бывший участковый. – Упала она в яму и напоролась на кол, или ее кто-то убил, – Аникеев потер лоб.

– Какая подруга? Вы о чем? – севшим голосом произнесла Женя.

Аникеев махнул рукой.

– Марина, или как там ее. В общем, она в лесу. Мертвая.

– Вы уверены? – тихо проговорил Сергей, и бывший майор кивнул, наливая себе еще стакан.

Женя начала смеяться. Задыхаясь, она хохотала, и Максим отвесил ей пощечину.

– В этом царстве кошмаров купаешься, как в страшном сне, и ничего определенного сказать нельзя, – медленно, чуть ли не по слогам произнес он. – Я вот постоянно вижу девочку-призрака. Когда я ее вижу, я знаю, что она есть, а когда не вижу, знаю, что она не может существовать. Мне казалось, что она вытащила из ямы меня и вашу подругу, и мы шли сюда, и я тело девушки бросил в снег… а потом она встала и пошла. Мертвая и окровавленная. А теперь уверен, что это я сам выбрался, а ходячие мертвецы – бред.

– Вы оставили ее одну в лесу? – зашипел Сергей. – Вы, бывший сотрудник милиции, оставили человека в беде? Может, ей требуется помощь?!

– Трупам уже ничего не требуется, – возразил Аникеев и снова выпил. Глаза его покраснели, губы мелко дрожали. Он посмотрел на пистолет, который все еще ожесточенно сжимал в руке. Он небрежно швырнул его на стол: – Эту хреновину я мог где-то подобрать.

Он пристально посмотрел на ребят, его мутный взгляд начал проясняться.