Крючок для пираньи

Под холодной мутноватой струей тонкие листочки моментально стали размякать, таять, исчезать — и в полминуты пропали бесследно. «Сыщики-разбойники, — гораздо злее проворчал он про себя. — Сорок три утюга на подоконнике…»

В дверь постучали, и тут же вошла Света, яркая, как тропическая птичка. Белозубо усмехнулась:

— А я вот мимо проходила…

И с порога прижала палец к губам, многозначительно поиграв глазами. В руке у нее был большой черный транзистор. Мазур, совершенно не представляя, как пока что себя держать, спросил:

— Как тебе городок?

— Глаза б мои его не видели. Как они здесь живут? Я бы сразу повесилась…

Она что-то там нажала, на боковине транзистора откинулась панелька, обнажив крохотные лампочки и кнопки. Света прошлась по периметру комнаты, продолжая беззаботно трещать:

— По комнате тараканы ходят, в столе нашлась газета аж за девяносто второй год, так что начала бояться, что из шкафа возьмет да и вывалится скелет какого-нибудь стахановца, могли забыть, свободно…

Личико у нее при этом оставалось напряженно-деловым — и вдруг озарилось словно бы радостной улыбкой. Она вновь прижала палец к губам, потом покрутила им возле уха. Мазур понятливо кивнул. Подумал, что жить становится все смурнее.

— Пошли, — сказала Света, закрыв панельку. — Шеф сабантуйчик собрался устроить, опять налакается до поросячьего визга, декадент…

Мазур послушно поплелся следом. Запер номер. Света шепнула ему на ухо:

— У всех «клопы». Не бог весть что, не высший класс, но работает усердно. Хорошо еще, что в нумерах нет телефонов — на телефоны можно навесить такие хитрушки, что никакая проверка не возьмет…

Он пожал плечами, совершенно не представляя, как нужно комментировать неожиданное открытие и надо ли его вообще комментировать.

— Ну, может, это и не на нас поставлено, — шепнула она. — Может, у них весь отель на прослушке со старых времен. Смотри там…

— Не дите, — проворчал он.

Она глянула снизу вверх, совершенно невинно и спокойно.

— Партитуру помнишь?

— Помню.

Света фыркнула:

— Фейс у вас, мон колонель. Ничего, многое бывает в первый раз, так что не комплексуйте…"

"Показались остальные, возглавляемые Кацубой, с недюжинным лицедейским мастерством изображавшим возбужденного предстоящей выпивкой запойного интеллигента. Он сиял, потирал руки, он был настолько беззаботен и воодушевлен, что Мазур про себя тягостно завидовал. Утешало одно: предстоящее прибытие корабля, где придется заниматься своим прямым делом, и никаких посторонних микрофонов там, надо надеяться, не будет…

Буфет, как оказалось, не выбивался из общего стиля — он тоже был необозрим и явно рассчитан на то, что поутру все население гостиницы сбежится поправиться чайком.