Кровь и честь

Мало ей проблем, так вот нет же, Хранительница получила указание не уничтожать горгуль, а захватить всех их целыми и невредимыми. Она решилась бы плюнуть на этот приказ, если бы он не исходил от самого регента. Катриона едва сдержалась, чтобы не сказать ему об этом. Очевидно, при дворе все еще продолжали надеяться, что, когда нереальное удастся обуздать, горгули снова превратятся в статуи. Вот поэтому регент и приказал вылавливать их. Граф Вильям человек рачительный и не хочет тратиться на новые изваяния, вырезать которые из камня будет стоить немалых денег.

Из-за этого Таггерт не только не имела права уничтожать разбуянившихся горгуль, но обязана была даже следить, чтобы они не получили повреждений во время поимки. И вот теперь несколько самых лучших людей Хранительницы точно полные идиоты прыгали по крыше с огромными сачками, будто бы у них и дел других нет, кроме ловли этих гигантских сумасшедших бабочек.

«Надо наконец поймать хоть одну, - пронеслось в голове у Таггерт, - а то как бы люди не взбунтовались».

Хранительница стала осторожно карабкаться по неровной крыше к Дамону Корду.

В другое время она, возможно, не отказала бы себе в удовольствии отдать дань восхищения архитектурному маразму тех, кто спроектировал и построил все это нагромождение шифера, черепицы, всевозможных размеров и форм труб, фронтонов, выступов и углублений. При свете полной луны картина представлялась весьма живописной. Крыша здорово подходила для того, чтобы на ней кого-нибудь ловить. Особенно горгуль, гадких приземистых зубастых чудовищ с когтистыми лапами и короткими крыльями наподобие тех, что бывают у летучих мышей. Благодаря им горгули могли подскакивать и скользить в воздухе на высоте нескольких футов от поверхности крыши. Они были довольно опасны и злокозненны, но, к счастью, пока им не удалось причинить какого-либо серьезного вреда гонявшимся за ними стражникам. Вероятно, потому, что проклятые твари, которым за всю их жизнь не случалось так мило развлекаться, слишком много хохотали.

Таггерт с раздражением наблюдала, как один из воинов медленно подкрадывался к скользящей над поверхностью крыши горгулей, которая, радостно повизгивая, старательно сбавляла скорость, приближаясь к тому месту, где стражник рассчитывал поймать ее.

Разумеется, в ту минуту, когда ловцу удалось подойти к твари достаточно близко, чтобы накинуть на нее свой сачок, она, рванув с места, скрылась с глаз. Стражник ошалело завертел головой, а потом бросил под ноги свой сачок и принялся исступленно его топтать под истерический хохот собравшихся позабавиться этим зрелищем горгуль.