Кровь и честь

Сыновья выросли под стать отцу, только хуже. Доминик - сумасшедший, Луи - кровожаден… да и сам Виктор не лучше. Это и неудивительно. Джордан уловил в выражении лица принца опасную слабость, в сочетании с высокомерием и раздражительностью она легко могла стать пороком.

«Я взойду на престол Редгарта, даже если мне придется залить все коридоры замка кровью», - вспомнил его слова Джордан, тяжело вздыхая.

Собственные мечты и надежды актера никогда не простирались так далеко. Если зрители Джордана и верили в благородство и героизм ноблей, которых он играл, то сам актер не слишком заблуждался на этот счет. Аристократия держится у власти благодаря силе оружия и с помощью колдовских чар. Именно так и не иначе, а все остальное - мечты…

Джордан допил остатки принесенного Гэвэйном вина, которое показалось актеру слишком сладким, но его мучила жажда, так что выбирать не приходилось. Джордану надо было чем-то занять себя, и он пошел вперед без всякой цели. Придворные тотчас же расступились перед ним и следовавшим рядом Гэвэйном. Это был не сон, следовало привыкать к тому, что он принц, и вести себя соответственно. Легко сказать, а вот сделать труднее, очень легко допустить какой-нибудь просчет и тем обнаружить в себе самозванца. Джордан опасался вообще что-нибудь делать без Родрика. Принц Виктор, конечно, может считать себя мозгом и душою заговора, но Джордану-то было понятно, что на самом деле первую скрипку играет граф. Актер бы ничуть не удивился, узнав, что Родрик использует Виктора.

Джордану захотелось еще выпить. Будь он трижды проклят, если сможет выполнять свою работу на трезвую голову.

* * *

Брион де Гранж сидел в своем кабинете, с горечью уставившись на стакан вина у себя в руке. Когда-то его, пожалуй, можно было причислить к разряду горьких пьяниц, но только не теперь. Заклятье, наложенное на него покойным королем, не позволяло Бриону делать ничего, что шло бы вразрез с выполнением обязанностей начальника стражи. Из-за этого заклятия он просто не сможет напиться, даже если очень захочет. Стакан вина, самое большее два перед сном, кружку пива за обедом. Это все. Де Гранж знал, что не может не только напиться, но и сбежать или даже просто покончить с собой, пока человек, управляющий его волей и разумом, не позволит ему сделать этого. Начальник стражи хмуро покосился да почти пустой стакан. Пусть он, де Гранж, и был преступником, убившим много людей, но он всегда великодушно предоставлял им возможность умереть быстрой смертью. И еще, он никогда и никого не держал в рабстве.

Наступит день, и он сумеет отомстить. Наступит."

"А пока остается только одно - служить начальником замковой стражи и делать это хорошо.