Кровавые Земли

– Ключи? – Я отвернулась, чтобы сосредоточиться на том, как выбраться отсюда. – Проверьте охранников.

Дети начали тщательно обыскивать каждого, обшаривая карманы и забирая все, что могли найти. Как падальщики. Им с юных лет внушали, как выживать в Диких Землях.

Бам! Бам! Позади нас раздались выстрелы.

Маленький мальчик рядом со мной закричал и рухнул на пол, свернувшись в клубочек, рукой зажимая рану на животе.

– Петр! – выкрикнул его имя другой мальчик и бросился к нему.

Я подняла голову и увидела дюжину солдат вооруженных сил людей, бегущих к нам с поднятыми стволами.

– Ищите ключи от ворот, – приказала я младшим, а детям постарше бросила оружие убитых охранников. – Просто стреляйте в них! И не останавливайтесь!

Я не знала, умеют ли они вообще стрелять, но сейчас велась битва не на жизнь, а на смерть, и мы с Уориком просто не могли прикрывать всех их.

Старшая девочка взялась за дело без колебаний, подняв руку и выстрелив в солдата вооруженных сил людей, оскалив зубы от ярости и гнева.

Солдаты наступали на нас, подбираясь так близко, что не промахнулись бы, попав в цель. Раздался грохот бронированных машин по асфальту, позади них мелькали очертания танка, с крыши которого на нас была нацелена пушка.

Мы здесь умрем.

– Нашла! – выкрикнула маленькая белокурая девочка лет пяти, подбегая к воротам. Все дети казались гораздо старше своих лет.

– Шевелитесь, черт возьми! – Уорик стиснул зубы, когда его пистолет гулко щелкнул – магазин опустел. Он отбросил его в сторону, схватил другой у убитого им охранника и начал стрелять в приближавшуюся шеренгу.

В груди внезапно вспыхнула боль. Моя рука обмякла, и я с криком выронила оружие.

Бум!

Старшая девочка выстрелила в солдата, наступающего на нас, а затем без колебаний убила того, кто подстрелил меня. Я смотрела на мини-злодейку. Чувствовала ее боль и злость, все, через что она прошла, вырвалось наружу.

– Готово! Открыто! – Белокурая малышка восторженно вскрикнула, когда ворота со скрипом отворились, подарив мне надежду.

– Бегите! – крикнул Уорик, подгоняя детей, пока они со старшей девочкой прикрывали наш тыл.

Я остановилась рядом с маленьким мальчиком, согнувшимся и причитающим над телом другого ребенка.

– Вставай, Петр! Пожалуйста, проснись!

– Давай, надо уходить. – Я потянулась к нему.

– Нет! – Он сильнее прижался к Петру. – Он должен проснуться! Петр! Петр! Пожалуйста, очнись! – Его вопли разрывали мое сердце, а тошнота подкатила к горлу, потому что я знала: Петр никогда не проснется.

Но у меня не было времени утешать или пытаться объяснить ему, что его друг мертв.

Адреналин будто притупил боль, когда я схватила мальчишку за руку.