Тьма после рассвета

Старший лейтенант Синицын подумал, что оперативники из райцентра наверняка опять поднимут его на смех: на одних голых умозаключениях и ничем не подкрепленных предположениях делать вывод о том, что у Лихачевой скрываются объявленные в розыск опасные преступники!

Быть высмеянным не хотелось. Но Геннадий все равно позвонил в район.

***

На стене над креслом начальника отдела вместо давно ставшего привычным портрета Брежнева теперь красовался портрет Андропова, нового генсека. «Быстро управились, — насмешливо подумал Кирилл Носилевич, — пять дней всего прошло». Хотя на самом деле капитан и знать не знал, с какой быстротой должны заменяться портреты.

Когда Хрущева меняли на Брежнева, он еще даже среднюю школу не окончил. Может, там норматив установлен «в течение суток»? Вовремя не заменишь — получишь втык, а то и «с занесением в личное дело» отхватишь.

Начальник выслушал доклад Носилевича и его коллеги, который присутствовал при опросе свидетелей Колей Разиным, и удовлетворенно кивнул.

— Очень хорошо. Можно считать, что участие Буслаева в деятельности группы удалось выявить, а когда возбудят уголовное дело, следователь все закрепит протоколом.

Место, где они распечатывают свои антисоветские опусы, мы давно обнаружили, а теперь получили доказательства того, что Буслаев туда ходит. Олег Муляр не особо надежен, но его жена скажет все, как надо. Потом проведут очняк Муляра и Буслаева. Следователя проинструктируем, так что в успехе не сомневаюсь.

Коллегу Носилевича отпустили, а Кирилла начальник попросил остаться.

— Из прокуратуры не звонили? — спросил капитан. — Что там слышно насчет возбуждения дела?

Начальник вздохнул.

— Пока ничего.

Такие дела за пять минут не решаются. Им дали время до завтрашнего утра. Да куда торопишься-то, Кирилл? Не убежит твой Буслаев, ты его уже вон сколько времени разрабатываешь.

— Я надеялся еще Муляра к этой группе пристегнуть, он проходит у Буслаева как давний и постоянный контакт, допускает соответствующие высказывания, одним словом, крайне ненадежный граж­данин.

— Ничего, если Муляр сорвется — невелика потеря, Буслаев важнее, у тебя и так большая группа получается. Что планируешь дальше?"

"— Хорошо бы получить доступ в квартиру Муляров.

Если следователь вынесет постановление об обыске на предмет обнаружения личной переписки пропавшей девочки, я смогу покопаться во всех бумажках. Вы же знаете, Валерий Викторович, наш контингент очень любит прятать рукописи и подпольные издания среди книг и вещей своих детей. У них почему-то считается, что дети — это святое, и в их вещах рыться не будут. Нужно, чтобы следователь отрабатывал версию о причастности взрослого человека, который познакомился с девочкой и начал склонять ее к побегу из дома.